Тайна Цебельдинской долины полностью

М.: «Наука», 1975

А. К. Амброз

Книга Ю. Н. Воронова посвящена одному из новейших открытий советской археологии. Планомерные раскопки памятников цебельдинской культуры Абхазии начались в 1960 г. Первые достаточно полные публикации появились в 1970—1971 гг. Историк 3. В. Анчабадзе, автор вышедшей в Сухуми в 1959 г. книги «Из истории средневековой Абхазии (VI—XVII вв.)», располагал только отрывочными чинными письменных источников. Последующие работы археологов В. Л. Леквинадзе, М. М. Трапша, Г. К. Шамбы, М. М. Гунбы уже раскрыли отдельные детали интереснейшей картины. Но нарисовать цельный образ забытой цивилизации Цебельдинской долины, древней Апсилии, удалось только Ю. Н. Воронову.

Уроженец этих мест, Ю. Н. Воронов много лет назад начал изучение древностей Апсилии, сначала как краевед. Еще в школьные годы он основательно ознакомился с Цебельдинским краем, что так необходимо полевому археологу. В Абхазском государственном музее в Сухуми видное место занимает большая коллекция цебельдинских древностей (более тысячи предметов), собранная на разрушаемых пахотой и эрозией почвы памятниках. Все эти копья, топоры, украшения, стеклянные и глиняные сосуды спас от уничтожения и передал в 1959 г. в музей цебельдинский школьник Ю. Воронов.

Находки краеведа сразу же заинтересовали ученых. С 1960 г. М. М. Трапш начал раскопки некрополя у крепости Шапка. Ю. Н. Воронов был непременным участником этих работ и одновременно расширял зону своих разведок. Окончив Ленинградский государственный университет, Ю. Н. Воронов, уже сложившийся специалист по археологии Абхазии, приступил к работе в Абхазском совете Грузинского общества охраны памятников культуры. В 1969 г. он подвел итоги своих многолетних обследований археологических памятников Абхазии от эпохи палеолита до раннего средневековья в книге «Археологическая карта Абхазии», а в 1971 г. — в кандидатской диссертации «История Абхазии с древнейших времен до раннего средневековья (по данным археологии)». [3]

То принципиально новое, что внес Ю. Н. Воронов в изучение цебельдинской проблемы — это программность поиска. Он первый поставил задачу воссоздать целостную историческую картину цебельдинской цивилизации, не ограничиваясь изучением отдельных ярких памятников. Исходив весь район, отличающийся сложным, горным рельефом, археолог подробно реконструировал картину древнего заселения. Сначала это были могильники. Фиксируя их следы на разрушаемых пахотой и эрозией холмах, он постепенно установил их размеры и планировку. Оказалось, что эти «селения мертвых» во много раз превосходили по площади селения живых. Так, Шапкинский могильник занимал площадь 2,5 х 1,5 км, тогда как поселение перед Шапкинской крепостью — только 270 х 70 м.

Ю. Н. Воронов выявил целую сеть поселений и крепостей, расположенных так, что из каждой крепости можно было видеть несколько соседних. Он установил, что поселения были расположены на террасах. Ему удалось даже зафиксировать древние дороги. Они видны то как колеи, то как выемки в грунте, то лишь как продольные останцы утрамбованной земли, уцелевшие на фоне смытых со склонов более мягких участков поверхности. Эти дороги ведут от ворот одной крепости к другой, уходят к семейным участкам древних могильников и наконец сливаются в единую трассу, протянувшуюся от Себастополиса (Сухуми) к Клухорскому перевалу. За рубежом изучение римских дорог ведется давно. В нашей стране Ю. Н. Воронов — один из первых ученых, посвятивших свои исследования этой области археологии.

Апсилия представляется в настоящей книге не скоплениями мертвых руин на холмах и выходами битых глиняных черепков на пашнях, а цветущей страной, густо покрытой сетью крепостей, селений и дорог, открывающихся как бы с высоты птичьего полета. Этому впечатлению способствуют составленные автором схемы всей Апсилии и отдельных ее комплексов.

Историзм, умение раскрыть прошлое на документальной основе — одна из наиболее привлекательных особенностей книги. Автор умеет видеть и малое, что придает рассказу особую зримость. Например, описывая родники около поселений, он сообщает не только о черепках апсилийских кувшинов, найденных около ведущих к родникам тропинок. Он отмечает дальний и трудный путь к воде от поселений, рассказывает об устройстве цистерн. И здесь же перекинут «мост» к сообщениям византийцев VI в. Ю. Н. Воронов отмечает, что не только топография Пскальской крепости соответствует описанию древнего Тцахара. Оказывается, крутая, узкая тропинка к ручью, судя по всем признакам, та самая, по которой четырнадцать веков назад византийские солдаты после неудачной ночной [4] атаки  «беспорядочно бросились вниз, возвратились в лагерь с многочисленными и разнообразными ранами от неприятельского оружия и от сильных ушибов ног от частых падений на камни. Поэтому у них не было больше духа карабкаться на эту скалу».