– Понятия не имею, Линк. Но я спрошу кухарку. Ундина в пляжном домике?
– Конечно! – ответил он. – Не могли же мы тащить ее вверх по этой чертовой лестнице!
– Салли с ней, – заметил Майкл. – Нам не о чем беспокоиться. К утру она поправится. А ты, Мэгги? Не хочешь прилечь до ужина?
Я благодарно ему улыбнулась и кивнула. Линк, выяснив, что со мной все в порядке, кажется, забыл обо мне. Я встала, но голова немного кружилась. Кэри поспешила ко мне и поддержала меня под руку:
– Пойдем, Мэгги, я помогу тебе.
Она довела меня до комнаты и вернулась назад к мужчинам. Мне показалось, что они хотели от меня избавиться, чтобы спокойно все обсудить между собой. Но я слишком устала, чтобы думать об этом. Я наполнила ванну водой и попыталась расслабиться.
На следующий день к обеду Ундина полностью поправилась. Разве что была бледнее, чем обычно.
Кэри поговорила с поварихой. Тунца на кухне не осталось. А так как мы остатками сэндвича покормили чаек, исследовать рыбу возможности не было.
На обед мы все собрались на террасе. Майкл обратился к Кэри:
– Дорогая, мне вот что пришло в голову. Ундине нужен врач. Линк мог бы пожить у нас пару дней, чтобы не мотаться все время туда-сюда.
Я удивленно посмотрела на него. Кэри, судя по всему, была не в восторге от этой идеи.
– Я не хочу доставлять вам столько неудобств, – стесняясь, проговорила Ундина.
– Нет никаких неудобств, – возразил Майкл. – Линк – друг нашей семьи. Мы будем рады, если он поживет у нас. Так ведь, Кэри?
Кэри послушно кивнула и улыбнулась.
– Конечно, – не очень убедительно сказала она. Она приложила руку ко лбу и встала. – У меня разболелась голова. Вы не будете возражать, если я поднимусь к себе и ненадолго прилягу?
Ундина посмотрела на меня:
– Может быть, вы опять захотите рисовать?
– Конечно, захочу. Но вы уверены, что уже достаточно окрепли?
– Да, да. Кроме того, я же во время сеанса все время сижу.
Я подумала, что фон и фигуру Ундины я уже набросала, поэтому идти на берег незачем.
– Хорошо, – сказала я. – Но останемся здесь, на террасе. Свет тот, что нужно.
– Ну, вот и чудно! – сказала Кэри. – Майкл поедет в город, Мэгги будет рисовать, а я отдыхать.
Она одарила нас ослепительной улыбкой и удалилась. Я взглянула на Майкла. По его лицу я увидела, что он чего-то боится. Невольно я схватила его за руку. Он тут же взял себя в руки и ласково посмотрел на меня.
– Дорогая моя Мэгги, – проговорил он мягко.
Я заметила, что покраснела. В присутствии Майкла я всегда себя чувствовала неловко. Он был так красив и обладал такими безупречными манерами, что на его фоне я чувствовала себя недотепой. Я быстро встала.
– Я пойду с тобой, нужно собрать кое-какие вещи, – сказал он.
У двери в дом Майкл серьезно посмотрел на меня.
– Мэгги… – начал он и замолчал. – Вероятно, ты заметила, что Кэри ведется себя несколько странно. Ты наверняка спрашивала себя, что с ней?
Я кивнула.
– Я так и думал. Знаешь, после нашего возвращения из Европы все стало как-то по-другому. Она… была очень больна в Европе и…
– Я знаю. Кэри рассказала мне, что у нее был нервный срыв.
– Она тебе рассказала? Что у нее был нервный срыв? Она не перестает меня удивлять!
В его голосе чувствовалось одновременно и удивление, и облегчение.
– Кэри – сильная личность. Она наверняка поправится.
– Я так рад, что ты здесь, Мэгги. Думаю, это поможет Кэри. Она чувствовала себя совершенно нормально последнее время, но теперь… С тех пор как появилась Ундина, Кэри постоянно напряжена, и я не знаю почему. Я знаю, что тебе нравится Ундина, Мэгги, но если ее присутствие будет пагубно влиять на Кэри, то ей придется покинуть наш дом.
– Да, но именно Кэри настояла на том, чтобы Ундина осталась.
– Я знаю, но я чувствую, что что-то тревожит Кэри. А она мне дороже всех на свете.
Сказав это, он ушел в дом.
Когда я с принадлежностями для живописи вернулась на террасу, Ундина задумчиво смотрела на море. Она повернула ко мне голову и улыбнулась:
– Куда мне сесть?
– На стенку, в той же позе, что тогда на скалах.
– Мне сидеть молча, или мы можем разговаривать?
– Конечно, можем. Только не двигайтесь.
– Мне просто необходимо с кем-нибудь поговорить. Я все время думаю и пытаюсь вспомнить хоть что-то.
– Ну, и вам удалось вспомнить что-нибудь?
– Нет, ну, если только кое-что.
– Что значит «кое-что»? Любая мелочь может стать отправной точкой.
– Ну, это не больше, чем ощущение. Я не могу выразить это словами. Мне кажется, что я ее уже когда-то видела, но не знаю где.
– Боже мой, кого? Кого вы уже видели раньше, Ундина?
– Но я не уверена. Я имею в виду миссис Бенсон, экономку. И я ее боюсь, Мэгги!
Я вспомнила, с каким страхом Ундина посмотрела на миссис Бенсон, увидев ее впервые.
– Вы уже сказали об этом доктору Элдеру? – спросила я.
– Нет, еще нет.
– Не рассказывайте ему об этом! – вырвалось у меня.
Девушка не удивилась моей реакции:
– Если вы так считаете, то не буду.
По ее тону я поняла, что она полностью мне доверяет.
Когда на следующее утро я спустилась к завтраку, доктор Элдер уже был в столовой:
– Как вижу, вы такая же ранняя пташка, как и я, Мэгги. Вы удивились, увидев меня?
Я села за стол:
