Вскоре вся компания уже стояла под окном Настиной комнаты. Рамы, на их счастье, были распахнуты. Петька прислушался. Из комнаты не доносилось ни звука. Подтянувшись, он заглянул внутрь. Девочка лежала в постели.
– Эй! – тихонько окликнул ее Командор. Настя повернулась к нему и прижала палец к губам. Затем шепнула:
– Не залезай. Я сейчас сама подойду. Выбравшись из-под одеяла, она босиком поспешила к окну.
– Ну, что там с тобой? – с беспокойством вглядываясь в землисто-бледное лицо девочки, спросил Петька.
– Лучше не спрашивай, – прошептала Настя.
– Ты действительно отравилась? – продолжал Петька.
– Да, – кивнула Настя.
– Может, в грибах что-нибудь попало? – предположил Петька. – Хотя поздновато. Уже два дня прошло.
– Меня все утро рвало, – поморщилась Настя. – Но дело не в этом.
– Как не в этом? – не понял мальчик.
– Перед тем как я плохо себя почувствовала, мне приснилась Марина, – начала шепотом объяснять Настя. – Верней, я не знаю, приснилась или я действительно ее видела.
– Где? – спросил Петька.
– В своей новой комнате, – указала пальцем на потолок Настя.
– Ночью? – решил уточнить Командор.
– Да, – подтвердила девочка.
– Как же Марина могла туда попасть?
– Спроси что-нибудь полегче, – продолжала Настя. – В общем, я вроде бы среди ночи открываю глаза, а над моей кроватью склонилась Марина. Мне стало так страшно. А Марина улыбнулась и говорит: «Я ничего тебе плохого не сделаю. Только скажи, где вы спрятали амулет?»
– А ты? – округлились от изумления глаза у Петьки.
– Я ей ответила, что ни про какой амулет ничего не знаю, – откликнулась Настя. – Да, – спохватилась девочка. – Марина еще держала в руках какую-то чашку, из которой шел дым. И так странно пахло…
– Разве во сне может пахнуть? – охватило еще большее недоумение Командора.
– Не знаю, – ответила девочка. – Я как-то раньше об этом не задумывалась. Понимаешь, когда я прикинулась, что вообще не понимаю, о чем говорит Марина, дым из чашки повалил еще гуще. А Марина словно стала расти. Она становилась все больше и больше, а я делалась все меньше и меньше. И слышала, как она повторяет; «Говори, где он? Говори, где он?» Голос у нее стал таким пронзительным. И эхо разносило его по всей комнате. Я хотела крикнуть. Открываю рот, а голоса нет. Потом меня закружило, как вихрем, и я ухнула вместе с Мариной куда-то вниз.
– А потом? – спросил Петька.
– Больше я ничего не помню, – покачала головой Настя.
– Совсем ничего? – допытывался мальчик.
– Ну, я проснулась, и меня начало тошнить. Но это было уже на рассвете.
– Все ясно, – с облегчением выдохнул Петька. – Думаю, твоя мама права. Ты просто надышалась в новой комнате краской. Потому в твоем сне так плохо пахло. Ну а то, что тебе приснилась Марина со всякими ужасами, меня вообще не удивляет. Мы скоро, по-моему, все помешаемся на этих ведьмах.
– Но у меня в новой комнате краской уже совсем не пахнет, – покачала головой Настя.
– Ты, наверное, просто принюхалась, – стоял на своем Петька. – Так часто бывает. Днем вроде бы неприятного запаха не замечаешь, а ночью все реакции обостряются.
– Не могу сказать, что этот запах во сне был неприятным, – медленно проговорила девочка. – Скорее каким-то необычным. И еще, мне почему-то стало от него очень страшно.
– Не бери в голову, – отмахнулся Петька. – Полежишь денек и будешь как новенькая. Температура-то у тебя по-прежнему держится?
– Температура уже нормальная, – сказала Настя. – Мама даже сказала, что если больше не поднимется, то я могу во второй половине дня пойти гулять.
– Тогда мы с ребятами после обеда снова заглянем, – пообещал Петька.
Он уже собирался спрыгнуть на землю, когда Настя сказала:
– Погоди. – Затем смущенно добавила: – Я, конечно, понимаю, что это глупо, но все-таки хочу убедиться.
– В чем? – не доходило до Командора.
– Что амулет на месте, – объяснила девочка. – Мамы нет. Она в магазин ушла. Постой у окна, а я быстренько поднимусь на чердак.
– Лежала бы лучше до обеда, – порекомендовал Петька.
– Да я уже нормально себя чувствую, – заверила Настя. – Ты пойми, – с мольбой взглянула она на мальчика. – Мне просто нужно самой убедиться, что это действительно был сон. Просто страшный сон, – повторила она.
– Тогда иди, – сдался Командор. Но не успела еще Настя покинуть комнату, как за спиной у Петьки послышался строгий окрик:
– Я ведь, кажется, русским языком просила дать Насте отлежаться.
– Мамочка! – кинулась к окну дочь. – Со мной уже все нормально!
– Сейчас нормально, а через пять минут снова хуже себя почувствуешь, – не сдавалась мама. – Ну-ка, – повернулась она к ребятам, – очистите территорию. А после обеда милости просим.
Ребятам ничего не оставалось, как уйти.
– Чего она тебе так долго рассказывала? – уже выйдя за ворота, спросил Димка.
– Да Настасье просто кошмар приснился, – ответил Командор.
Он быстро пересказал ребятам сон девочки.
– Если она отравилась, то ничего удивительного, – со знанием дела произнес Димка. – Я один раз объелся клубникой, так мне вообще приснилось, будто меня казнить собираются.
– Помню, помню, – хмыкнула Маша. – Димочка наш такой крик поднял, что все проснулись.
