– В конце концов, может, эта женщина действительно всего лишь на кого-нибудь похожа, на ту же Ирину Чарущеву, с которой ее Верочка перепутала? Или кого-нибудь еще? На кого мы даже не думали… – изрек Бричкин.
– Боже мой!.. – вдруг воскликнул Суржиков, хлопнув себя по лбу. – Я все понял, это не то, что мы думали! – Он вскочил с места, сорвал с вешалки куртку и выбежал из кабинета.
Бричкин недоуменно пожал плечами и уткнулся в монитор, шефу действительно нужен отпуск, такой нервный он стал.
Суржиков сел в машину и выехал на проезжую часть. Как назло, в центре образовалась пробка, и машины двигались медленно. Он вырулил на набережную и вскоре остановился у огромного каменного дома.
Ему повезло, он проскользнул в подъезд вместе с солидной дамой в очках и даже не пришлось пользоваться домофоном.
Поднявшись на лифте, он оказался перед знакомой дверью и нажал кнопку звонка.
Ему долго не открывали, Суржиков даже достал мобильник и набрал номер телефона, только тогда за дверью послышались шаги, и дверь открылась.
На пороге стояла женщина. Суржиков сразу даже не узнал Екатерину, настолько измученной, постаревшей и подурневшей показалась ему домработница Башлыкова.
– Я знала, что вы придете, – произнесла она, и на него пахнуло спиртным.
– Вы одна?
– Одна, – покачнулась она. – Проходите.
Суржиков осторожно зашел в квартиру.
– Идемте на кухню, – махнула она. – Помянем Гену…
Качаясь, она прошествовала вперед. Суржиков отметил, что квартира Башлыкова теперь была изрядно запущена, вокруг царил беспорядок. Особенно неряшливый вид имела кухня.
Раковина загромождена грязной посудой, стол завален тарелками с засохшей едой. А посреди стола стояли начатая бутылка водки и тарелка с закуской.
Расчистив место для гостя, Катя налила водки и ему.
– Я смотрю, хозяева про вас совсем забыли?
– Так хозяина застрелили, хозяйка иногда звонит, только приезжать пока не собирается.
– Катя, это вы убили Чарущева?
Екатерина уставилась перед собой остановившимся взглядом.
– Ну я…
Потрясенный Суржиков спросил:
– Зачем вы это сделали?
– Он уничтожил мою жизнь, он убил Генку, а мы любили друг друга.
– Почему вы решили, что Геннадия Жаркова убил Чарущев?
– Догадалась. Когда хозяин был еще здесь, я подслушала их разговор с Чарущевым. Чарущев соловьем заливался, говорил, что картины, которые он ему продал, каждый год будут дорожать. А потом, когда нас хозяин бросил, Генка сказал, что найдет картину, которую Маргарита украла, продаст ее, и мы разбогатеем. А тут хозяин в Лондоне обнаружил, что картины ненастоящие, после этого убили Геночку.
– Но почему вы подумали, что именно Чарущев это сделал?
– А кто еще? У Гены не было врагов. А Чарущев знал, что Гена картину ищет, сам хозяин приказал докладывать этому гаду, как поиски идут. Чарущев испугался, что его аферу раскроют, и убил Геночку, – она в голос зарыдала.
Суржиков подождал, пока Екатерина успокоилась, и спросил:
– Как же вы решились на убийство?
Екатерина хрипло расхохоталась:
– Сил не было терпеть, чтобы такая сволочь по земле ходила, когда мой Геночка в сырой земле лежит!.. Я взяла Генкин пистолет и пошла к Чарущеву на работу, я заранее все разведала, узнала, где его кабинет, посмотрела, что окно не высоко и я смогу в него попасть, если выстрелю. Мне повезло, окно было открыто, но он увидел меня, когда я подошла. Пистолет был у меня в сумке. Я у него спросила, зачем он убил Гену, а он начал смеяться, говорить, что, мол, Генку моего не убивал, и нечего мне горевать по этому поводу, и что Генка ничтожный был мужик, не жил, только небо коптил… Я не выдержала и выстрелила в него…
– Почему вы в полицию не позвонили, не поделились подозрениями? Мы бы упрятали его надолго.
Женщина усмехнулась:
– Не хотела, чтобы он жил. Он, гад, смеялся, говорил, что я все равно ничего не докажу, у меня все в глазах потемнело от злости, я и пальнула.
– А вы в курсе, что в тот день Башлыкова в Лондоне застрелили?
– Я вечером об этом узнала, – горестно всхлипнула Катя. – Хозяйка звонила, сказала.
– Собирайтесь, Катя, поедем в отделение.
Когда Суржиков появился в своем кабинете с пьяной рыдающей женщиной, Бричкин оторопел. Косясь на даму, он проговорил:
– Егор Иванович, а вас Карсавин спрашивал.
Усадив Екатерину на стул, он попросил Бричкина присмотреть за ней и отправился к начальству:
– Все сроки прошли, а убийца так и не найден, – накинулся на него Карсавин, едва он зашел. – Так где он?
– Не он, а она, – поправил Суржиков.
– Да какая разница! – отмахнулся Карсавин.
– Убийца Чарущева в данный момент находится в моем кабинете, – отрапортовал Суржиков. – В убийстве призналась, стреляла в Чарущева из мести, за то, что он убил ее жениха. Все преступники найдены, картины в музеи возвращены, так что в этом деле можно ставить точку.
Карсавин поменялся в лице, брюзгливое недовольство мгновенно сменил на радушную улыбку. Выскочив из-за стола, он стал неистово трясти руку Суржикову.
– Поздравляю, молодец! Чем бы тебя наградить?
– Отпустите меня в отпуск!
