- А мне кажется... - начала Фантик. - То есть, я не уверена, но... Но помните рассказ об этом вертухае, который расстрелял священника? И ведь участников Ярославского мятежа тоже расстреливали, так? И вот я подумала... Допустим, один из арестованных говорит следователю: "Я - казначей Ярославского мятежа, и, если ты меня отпустишь, я расскажу тебе про тайник, где спрятаны главные ценности, на которые этот мятеж должен был начаться!" У следователя глаза разгорелись от жадности, и он взял и выспросил все об этом тайнике, под честное слово, что отпустит казначея! А потом взял и быстренько казначея расстрелял - чтобы никто больше, кроме него, следователя, не знал эту потрясающую тайну! Но сразу забирать драгоценности из тайника он побоялся - побоялся, что засветится с ними, и его самого расстреляют! Вот он и выжидал подольше, а пока выжидал, начали делать Рыбинское море, а там и город затопили! В общем, не сумел этот предатель-следователь забрать документы, потому-то или потому-то, разные могли быть причины, и завещал эту тайну своим детям и внукам! Может, эта тайна была в запечатанном письме, которое его внуки и правнуки нашли совсем недавно, разбирая старые бумаги!.. Вот они вскрыли письмо, прочли - и кинулись сюда! Но тайник нашли не сразу, ведь под водой искать нелегко. А тут мы появились - и они, естественно, подумали, что мы тоже знаем тайну! Может, мы потомки того самого казначея... И вот, они приглядываются к нам, а потом, когда утром они врассыпную блуждают по затопленному городу, опять пытаясь найти точное место тайника, один из них видит, как аквалангист с фонариком лезет не куда-нибудь, а в погреб - причем в погреб, вполне подходящий под описание! Все ясно, это соперник приплыл за сокровищами, и надо его уничтожить, а сокровища отобрать! Вот он и стрельнул в тебя... Ну? Ведь все складывается?
- Молодец, Фантик! - восхищенно сказал Ванька. - По-моему, ты в самую точку попала! Вот только... - яхта завибрировала: это Сергей раскочегарил мотор так, что дальше некуда, и вообще, можно сказать, что мотор уже из собственной шкуры выпрыгивал, работая на таких перегрузках, на которых, наверно, в обычное время он бы перегорел, но тут он сам понимал, что деваться некуда, надо работать. - Вот только мы строим всякие догадки, а ведь нас в любой момент могут схватить! Если бы наши правильные догадки помогли нам избавиться от бандитов - ну, крикнув им, что мы знаем, кто они такие, и передаем их приметы по радио, на служебной частоте... А так...
Снаружи грохнуло, стекло одного из иллюминаторов разлетелось вдребезги, пуля впилась в панель обшивки, под самым потолком.
Мы все побелели.
- Ребята... - прошептал Ванька. - Вот теперь мне становится по-настоящему страшно!
ГЛАВА ДЕСЯТАЯ
СПАСЕНИЕ В РАЗГАДКЕ!
Сверху заглянул обеспокоенный Алик.
- Ребята, как вы там? В порядке?
- Вроде, да... - ответил я.
- Вот гады! - ругнулся Алик. - И, как назло, все море пустое, ни одного суденышка! Такое, наверное, раз в сто лет бывает!.. Ничего, держитесь! Прорвемся!
- Послушай... - у меня возникло какое-то странное состояние: встряхнуло нас так, что я сам себе казался невесомым, будто вот-вот взлечу и начну плавать под потолком как воздушный шарик, и от этого невесомого ощущения мне было тоскливо и неприятно, но при этом мозги заработали на полную мощь, не хуже мотора яхты, будто испуг от просвистевшего рядом выстрела какую-то пробку из головы вышиб. И мне многое сделалось понятным... Все было так просто! Это мы переусложнили, придумывая новые и новые версии. - Послушай, ведь на яхте есть средства связи?
- Судовая рация, - ответил Алик. Он вздрогнул и вскинул голову, прислушиваясь: это по яхте опять выстрелили, и Павел выстрелил в ответ. Судя по звуку выстрела, катера опять малость поотстали. - Но мы ей не очень умеем пользоваться. То есть, можем принимать сведения о погоде, о состоянии судоходных путей, можем передать какое-то сообщение, но... Но даже если мы что-то передадим, любая помощь запоздает. Мы должны выкручиваться собственными силами. Мы уже думали об этом.
- Но ведь у вас ещё были мобильные телефоны?
