— Найдём клад, — громко говорил он, позабыв о всякой осторожности, — купим чёрные маски, плащи и левонверты. Так, хлопцы?
Верный своей мечте, Василько заявил, что прежде всего купит себе и сестрёнкам новые башмаки. И пряников наестся вволю.
— И башмаки, — не отрицал Петрик. — И пускай пряники. Но самое главное, будем мстить врагам. Так, хлопцы?
— Хм, это даже смешно слушать, — неуместно хихикнул Йоська. — Откуда у тебя, брехун, есть враги?
— А вот и есть! — с ожесточением крикнул Петрик. — Коммерсант — это раз! — загнул он мизинец. — Скажешь, не он прогнал маму с работы? А Данько-пират — сто два! — загнул он ещё один палец. — Скажешь, Данько не враг? Он всем враг…
Тем временем мальчики подошли к рекламной тумбе, откуда с цветной афиши улыбался Монте-Кристо в чёрном плаще и маске.
— Наверно, мой тато не знал, что бывают добрые, хорошие графы, — с грустью проронил Олесь.
И в голосе мальчика уже прозвучали гневные нотки, когда он, оборвав край афиши, добавил:
— А всё виноват этот четырёхглазый владелец «Атлантика». Почему он раньше не показывал людям картину про графа Монте-Кристо?
После многих дней безуспешных поисков клада в развалинах Высокого Замка и в других уголках Княжьей горы «искатели сокровищ», наконец, наткнулись на небольшую пещеру возле обнажённых корней столетнего дуба.
— Тут зарыт клад! — прошептал Василько. — Сперва это место надо три раза перекрестить… Как делают всегда в ночь под Ивана Купала, если ищут в лесу клады…
— Брось ты свои бабушкины сказки, — оттолкнул его Олесь.
— Побойся бога…
— Осторожно! — счёл своим долгом предостеречь Йоська. — В пещерах всегда водятся змеи.
Но Олесь был не из робкого десятка. Прижавшись к земле, как уж, он пополз в пещеру.
— Ну, чего там? — нетерпеливо дёрнул Олеся за ногу Петрик.
— Тяните назад!!! — глухо донёсся в ответ душераздирающий вопль.
Когда Олеся вытащили, на его лице был написан такой ужас, что мальчики догадались: он увидел в пещере нечто пострашнее змеи.
— Бежим! — взвизгнул Василько.
Мальчики бросились врассыпную.
Один только Петрик, сделав неудачный прыжок, зацепился ногой за торчащий из-под земли змееподобный корень и со всего маху больно шлёпнулся животом на землю. Он попытался вскочить, но скованные страхом ноги и руки отказались ему подчиняться. Казалось, вся кровь в Петрике застыла, а сердце перестало биться. Вдруг что-то лохматое, тёплое ласково лизнуло Петрика прямо в ухо. Петрик открыл глаза и увидел чёрненького пёсика.
— Ух, сколько вас тут! — обрадовался Петрик, вскакивая на ноги. — Раз, два, три, четыре.
Он оглянулся и заметил тощую серую дворняжку, которая стояла около пещеры и, зевая, стряхивала с себя ржавые прошлогодние листья.
К счастью, у Петрика в кармане оказался хлеб, намазанный повидлом.
— Приблуда, Приблуда, на! — тут же окрестил серую дворняжку Петрик, бросая ей кусок хлеба с повидлом.
Собака с жадностью поела подачку и, будто знала Петрика уже давно, подошла к нему.
Петрик поровну разделил второй ломтик между щенятами и громко позвал:
— Ге-е-ей! Идите сюда, хлопцы!
Первым показался Йоська.
— Цур, это мой пёсик! — крикнул он, бросаясь к одному из щенков.
Из-за куста шиповника вышел Олесь, весь выпачканный в земле.
Василько сразу же отказался взять себе щенка: чем его кормить?
— А давайте, хлопцы, так: пусть они живут в пещере, а мы будем приносить им кушать, — предложил Олесь.
— Знаменито!
— Клад найдём, сховаем в пещере, а они будут охранять!
— Пусть только сунется тогда Данько-пират! — торжествующе потряс кулаком Петрик.
Ребята решили пещеру расширить и углубить, чтобы и самим можно было туда прятаться.
И вот в один из дней, когда «искатели сокровищ», обливаясь потом, благоустраивали свою пещеру, туда заглянула девочка в белом с оборочками платье, белых чулках и туфельках.
— Дедушка! Иди сюда, дедушка! — позвала она.
Петрик узнал внучку старого профессора из девятой квартиры, у которых был бульдог по кличке Танго.
Стефа тоже узнала Петрика, и её серые глаза, оттенённые длинными ресницами, глядели на него умно и серьёзно.
Дедушка не заставил долго себя ждать и появился, держа на поводке своего ужасного Танго. Хорошо ещё, что бульдог был в наморднике и не мог покусать Приблуду и её щенят.
— О, дитя, да мы попали в плен к разбойникам! — изобразил страшный испуг на своём лице старый профессор.
— Никакие мы не разбойники, прошу пана, — обиженно заявил Петрик. — Мы — как граф Монте-Кристо. Пан профессор уже видели это кино?
— Ха-ха-ха! — засмеялась Стефа.
К великому удивлению «искателей сокровищ», бульдог оказался на редкость воспитанной собакой. Он всё понимал, словно был человеком.
— Ложись! — сказал профессор. И, пожалуйста, Танго послушно лёг у ног своего хозяина, не обращая внимания на щенят, а тем паче на Приблуду, которая недружелюбно скалила зубы в сторону сытого, породистого гостя.
