Но ничего не сказал лавровый лист. Он скромно молчал, слушая гостью. Не случайно в переводе с латинского языка дерево, листья которого известны как пряная приправа, называется «лавром благородным».
Зеленый лягушонок сидел на камушке и таращил на все глаза. Прилетела стрекоза, прошелестела прозрачными крылышками:
— Э-эй! Зеленый пузырек! Не сиди на солнышке. Высохнешь!
Из травы выглянул кузнечик, поводил длинными усами, пострекотал — и снова в траву, к приятелям-кузнечикам, рассказать о новеньком.
К камушку, к самым ногам лягушонка, подбежал водомер, постоял на зеркальной глади пруда, ничего не сказал, только подумал: «Зеленый еще...»
Мимо лягушонка прошли длинные тонкие палки. Глянул лягушонок вверх, а на палках — белое пушистое облако.
— Прячься скорее! Прячься! — промямлила улитка, уползая в свою раковину-домик. — Съедят!
Лягушонок даже не сдвинулся с места. Сидит себе на камушке, таращит на все глаза, удивляется.
Вдруг из воды выглянуло что-то зеленое, с большими глазами, уставилось на лягушонка. А вот еще, и еще!
Испугался лягушонок, прыгнул в воду, спрятался под корягой, притих.
— Эх ты, глупый! — проквакала взрослая лягушка, усевшись на теплый камушек. — Это же твои старшие братья и сестры. А прятаться надо от цапли.
В тихой заводи жила раковина-гордячка. При всяком удобном случае она говорила:
— Я — перламутровая! Из моих раковин делают перламутровые пуговицы. Потому и зовут меня — Перловицей. Я не какая-то там катушка или прудовик, у которого и раковина — не раковина, а так себе, завитушка! Я — двустворчатая! К тому же у меня мягкая розовая нога. А мантия?! Какая мантия на мне! Вы только взгляните!
Однажды, расхваставшись, перловица слишком широко распахнула створки своей раковины. В это время по берегу шла серая ворона и заглянула в раковину.
— Действительно, хороша! Вкусна! — каркнула ворона, съев перловицу.
Старый замшелый рак вылез из-под коряги, грустно покачал клешнями и назидательно сказал рачатам:
— Чтобы правильно поступать, надо думать. А чтобы думать, надо иметь хотя бы небольшую голову. А у перловицы ее совсем не было.
Около зарастающего пруда толпились толстые ленивые гуси. Хорошо бы поплавать, да не хотелось мочить красные гусиные лапы.
Самый маленький из гусят подошел к воде и нырнул. Вынырнул гусенок около зарослей молчаливых ив. Прямо перед клювом гусенка из воды торчала белая лилия. Чуть подальше, рядом с крупными зелеными листьями, плавала желтая кубышка, или, как ее неправильно называют, — кувшинка.
Подросток-гусенок деловито осмотрел цветы и поплыл в ту сторону, где лежал на воде сплошной зеленый ковер. Там росла ряска — карлик водоемов, маленькое, плавающее растеньице. Растение крошечное, а кислорода выделяет много. Где растет ряска, там нет и личинок комара. А еще оно дает огромное количество фитонцидов, веществ, убивающих вредных микробов. В ряске много белка, жира и других полезных веществ.
Всего этого гусенок не знал. Он знал одно: ряска — это и вкусно.
— О-го-го! — загоготал молодой гусь. — Какое раздолье! Плывите сюда, братцы гуси! На славу покормимся!
— О-го-го-го! — отвечали ему с берега толстые белые гуси. — Мы и так зажирели! Того и гляди, угодим под хозяйский нож!
— Го-го! — гоготнул молодой и принялся с аппетитом поедать мелкие плоские стебельки ряски, похожие на крошечные круглые листочки.
Над моховой кочкой вьются носатые комары. Вьются, толкаются, а сами поглядывают, в кого бы вонзить свой острый хоботок?
Вдруг один комарик заприметил на кочке, среди стебельков торфяного мха, маленькое растение с круглыми красноватыми листьями. Красные листочки, величиной с копеечную монетку, покрыты тоненькими красными волосками. Но не это привлекло и заставило комара бросить приятелей. На красных листочках блестели пахучие капельки росы. Удивительно было, что они не высохли на солнце.
И только комарик сел на край листа, как красные волоски медленно зашевелились. Испугался комар, хотел взлететь, да поздно. Прилипли крылья и лапки к блестящим пахучим каплям. И чем сильнее барахтался комар, тем больше выделялось из листа пахучей жидкости.
Вот уж листочки края сомкнули над комаром. И весь он залит клейким соком. Добыча поймана.
Пройдет несколько дней, лист этого странного растения развернется. Ветер сдует с него комариные остатки: жесткие крылышки, ножки да кожистые колечки от брюшка.
Хищное растение, что съело комара, называется — РОСЯНКОЙ или РОСИЧКОЙ. ЗОННЕНТАУ — назовут это растение немецкие ребята, САНДЬЮ, — скажут английские, а в переводе на русский язык означает одно и то же: СОЛНЕЧНАЯ. Уж так похожи блестящие капельки на листьях этого растения на обыкновенную росу, рожденную солнцем.
