“Пятьдесят на сорок, пролезть можно,” – быстро прикинула в уме девушка, сразу поняв, почему в этой семье испытывают нелюбовь к большим зеркалам.
– … Но для нас в этой истории важно лишь то, что в это время и в этом месте нет больше ни одного другого зеркала, пригодного для проникновения в прошлое… – продолжал старичок. – По нашим сведениям, агент СИПРов должен проникнуть в шатер темника этой ночью, убить спящего и незамеченным вернуться в свое время. Мы не можем организовать охрану Мамая там, в прошлом. Это потребовало бы слишком много усилий, поэтому мы просто перенесли его сюда на этот опасный для него промежуток времени. Его отсутствия никто не заметит, поскольку приезд генуэзских наемников отметили дружеской попойкой, и темник после нее спал в своем шатре до самого утра, его никто не видел. А раз Хлебников не сможет добраться до Мамая этой ночью, его планы не осуществятся.
– И вы спасете мир, – скептически прищурилась девушка.
– Пожалуй, да, – просто ответил Семен Степанович, и Катина ирония куда-то испарилась. Потом дедок мягко добавил:
– Если вы не будете нам… – он обвел рукой присутствующих – … мешать!
На эту фразу девушка обиделась, и мысли ее приобрели воинственное направление. Мешает она им, ишь ты! Да нужны вы мне, как рыбе зонтик! Я вообще тут случайно оказалась!
– А почему вы мне все это рассказываете? – она сердито нахмурилась, выпятила грудь и уперлась руками в бока. – Не пустили бы меня на дачу или усыпили вон, как этого древнего татарина, и делали бы все, что хотели!
Девушка кивнула на безмятежно спящего Мамая и осеклась.
– Хотя… Вы же и так… Ванильный чай…
– Мы пытались, – так же мягко продолжал старичок. – Но вы каждый раз удивительным образом уворачиваетесь от наших планов. Поймите, ваше неожиданное появление в нашем доме накануне важнейшей операции не могло не показаться подозрительным. Мы никак не могли решить: то ли вы настоящая родственница Людмилы, то ли шпионка Хлебникова. Масла в огонь подлило непредвиденное помещение Бориса и Людмилы в карантин. Сначала мы решили, что это ваших рук дело, но потом выяснилось, что это не провокация, а просто досадное стечение обстоятельств. После многочисленных споров и проверок мы было успокоились, удостоверившись, что вы настоящая племянница, но тут вы увязались за нами на дачу и устроили тут такое, что возбудили новые подозрения! Эта дача стоит в аномальной зоне течения времени и в служебных документах значится как зона “Б”. Единственная причина, почему я вам раскрываю все эти тайны, заключается в том, что мы убедились, что вы не шпионка.
"Слава Богу, – с облегчением подумала Катя. – Интересно, что бы они со мной сделали, окажись я вражеской лазутчицей?”
А вслух насмешливо спросила:
– И как вы в этом убедились?
– Уж простите, у нас не было другого выхода, – виновато вздохнул дедок. – Пока вы были без сознания, вас просканировал экстрасенс.
– Меня… что? – изумленно вытаращила глаза девушка.
– Экстрасенс, – дружелюбно улыбнулся Семен Степанович, всем своим видом показывая, что в этом нет ничего особенного. – Просканировал. Нонночка – очень сильный паранормал!
Кудрявая маленькая бабулька выдвинулась вперед, смущенно улыбаясь.
– Ладно тебе, Сеня, – скромно отмахнулась она.
Подойдя к девушке ближе, она восхищенно воскликнула:
– У тебя, деточка, уникальная аура. Голубая и оранжевая!
Кате захотелось присесть. Ага. Понятно. Голубая и оранжжж… Да… Все-таки они тут все сумасшедшие!
Бабуся будто прочитала ее мысли. Она ловко подвинула стул и подтолкнула к нему девушку. Катя бессильно опустилась на сиденье, и ее глаза оказались почти вровень с глазами Нонны.
– Такая аура означает, что человек может балансировать на краю, но никогда не упадет. С одной стороны, ты не очень-то везучая, но с другой, потрясающе удачливая. Скажи, ведь ты частенько попадаешь в разные переделки, но неизменно выходишь сухой из воды, так? – Нонна весело смотрела на девушку.
– Какой сухой? – протестующе тряхнула головой Катя. – Мы, вон, в прошлом году в поход ходили, так одна только я в речку свалилась. Меня из-за этого на маршрут к водопаду не взяли, в лагере оставили, потому что вся одежда мокрая была.
– А с теми, кто пошел к водопаду, что случилось? – голубые глаза Нонны хитро прищурились.
– Ну… – запнулась девушка, – заблудились они. Два дня по лесу петляли, рюкзак с палаткой потеряли и ночевали прямо на земле, а Юрка Назимов руку сломал.
– То есть твое падение в воду уберегло тебя от более серьезных неприятностей, – посерьезнела Нонна Пална и обернулась к присутствующим с победным видом – дескать, что я вам говорила?
– Таким образом, мы посчитали и решили, что нам дешевле обойдется иметь вас на своей стороне и в курсе всего происходящего, – Семен Степанович тяжело вздохнул и умоляюще сложил ладони вместе. – А иначе, с вашей уникальной аурой, вы нам тут таких дров наломаете… Поэтому я и спрашиваю вас: согласны ли вы нам помочь, а точнее, не мешать?
