Она не сделала ни малейшей попытки взять его.
- Одетта, - ласково сказал он и положил ей руку на плечо. - Почему вы не хотите довериться мне?
- Что я вам должна доверить? - спросила она, не глядя на него.
- Скажите мне все, что вы знаете обо всей этой истории. Я охотно готов помочь вам, и я могу это сделать. - Она поглядела на него.
- Почему вы хотите помочь мне?
- Потому что я люблю вас, - тихо сказал он. Ему показалось, как будто эти слова были произнесены не им самим, а пришли откуда-то издалека. Он не хотел говорить ей, что любит ее. Он еще не успел ясно разобраться в этом факте и все-таки сказал правду.
Ввечатление, произведенное его словами на Одетту, показалось ему необычайным. Она не испугалась, но и не удивилась. Она только опустила свой взгляд на стол и произнесла:
-Ах!
Жуткое спокойствие, с которым она восприняла этот факт, из-за которого у Тарлиига захватывало дыхание, было для него вторым большим потрясением этой вочыо. Она, по-видимому, давно знала все. Он опустился рядом с ней на колени и обнял ее рукой. Но он не сделал это намеренно, а его влекла какая-то неведомая сила.
- Одетта, милая Одетта, - нежно сказал он. - Я прошу тебя, доверь мне все.
Она все еще сидела с опущенной головой и говорила так тихо, что он едва мог понимать ее.
- Что мне вам сказать?
- Что ты знаешь об этом? Разве ты, наконец, не видишь, что против тебя все более и более сгущаются подоз-релия?
- О чем же я должна рассказать? - снова спросила она,
Он замялся.
- Я должна пролить свет на убийство Торнтона Лай-на? Но я ничего не знаю об этом.
Он нежно погладил ее, но она сидела прямая и неподвижная, и это внушало ему страх. Он опустил свою руку и поднялся. Его лицо было бледно и печально. Он медленно направился к двери и отпер ее.
- Теперь я больше ни о чем не буду спрашивать вас, - сказал он с жутким спокойствием.
- Вы сами прекрасно знаете, зачем вы этой ночью проникли ко мне в комнату, - я предполагаю, что вы последовали за мной и тоже взяли комнату в этой гостинице. Сейчас же после моего прибытия сюда я слышал, как кто-то поднимался по лестнице.
Она кивнула головой.
-- Вам это нужно? - спросила она и указала на кожаный портфель, все еще лежавший на столе.
- Возьмите его с собой.
Она встала и зашаталась. В тот же момент он очутился рядом с ней и подхватил ее; она не сопротивлялась. Он даже почувствовал, как она легко прижалась к нему. Она подняла к нему свое бледное лицо, а он склонился над ней и поцеловал ее.
- Одетта, Одетта, - прошептал он. - Разве ты не чувствуешь, что я люблю тебя больше всего на свете, что я готов отдать свою жизнь, чтобы уберечь тебя от несчастья? Ты действительно ничего не хочешь сказать мне?
- Нет, нет, - простонала она. - Прошу тебя, не спрашивай меня ни о чем. Я боюсь, о, как я боюсь!
Он прижал ее к себе, приложил свою щеку к ее щеке и погладил ее волосы.
- Но ведь ты не должна же бояться меня, - сказал он настойчиво, - и если бы ты заслужила все муки ада, и если ты молчишь, чтобы взять кого-нибудь вод защиту, то я бы тоже защитил его, потому что я безгранично люблю тебя, Одетта
- Нет, нет! - воскликнула она и оттолкнула его, упершись своими маленькими ручками о его грудь - Не спрашивайте меня!
- Спросите меня!
Тарлинг моментально обернулся. В открытых дверях стоял какой-то господин.
- Мильбург! - с яростью сказал Тарлинг.
- Да, Мильбург. - с издевкой ответил тот. - Мне очень жаль, что пришлось прервать эту красивую сцену, но обстоятельства настолько экстренны, что мне приходится нарушить правила хорошего тона, мистер Тарлинг.
Тарлинг выпустил Одетту и пошел навстречу дьявольски улыбающемуся Мильбургу. Одним взглядом он сразу окинул его фигуру и увидел, что его брюки были скреплены зажимами и покрыты грязью. Ему стало ясно, кто был на велосипеде.
- Это, значит" вы уехали на велосипеде из дома мистрисс Райдер?
- Да, я часто разъезжаю на велосипеде.
- Что вам здесь нужно?
- Я хотел бы только, что вы сдержали свое обещание, - мягко ответил Мильбург.
Тарлинг пораженный уставился на него.
- Мое обещание? Какое обещание?
- Защищать не только преступника, но и тех, которые попали в скверную историю потому что они защищали преступника.
Тарлинг подскочил.
- Вы хотите сказать этим, - хрипло начал он: - не собираетесь ли вы обвинять?
- Я никого не обвиняю, - возразил Мильбург, сделав вежливый жест рукой. - Я хотел бы только объяснить вам, что мы оба - мисс Райдер и я - находимся в очень серьезном положении, и что в вашей воле дать нам ускользнуть, чтобы мы могли отправиться в страну, которая не заключила с Англией конвенции о взаимной выдаче преступников.
Тарлинг сделал шаг по направлению к нему, и Мильбург отпрянул назад.
- Вы собираетесь обвинять мисс Райдер в соучастии в этом убийстве?
Мильбург улыбнулся, но было видно, что он чувствует себя неважно.
- Я уже раз сказал, что не собираюсь никого обвинять. Что же касается убийства, - он пожал плечами, - вы сумеете лучше понять всю связь, когда вы прочтете документы, которые заперты на ключ в портфеле, Я как раз собирался доставить его в укромное место.
