Двадцать девять лет назад в мексиканских лесах Чиапаса обнаружили храм, расписанный изнутри великолепными фресками. Это был храм города разрисованных стен древнего загадочного народа майя.Кто он, этот удивительный народ-строитель? Откуда он пришел? Как и когда зародилась его культура? Кто научил его писать? Какими знаниями должен был он владеть, если календарь майя, созданный два тысячелетия назад, оказался точнее нашего календаря?На эти и другие вопросы дает ответ книга В. Кузьмищева «Тайна жрецов майя».Книга написана своеобразно и увлекательно. Она делает читателя свидетелем событий далекого прошлого и участником сложнейшего процесса дешифровки — важнейшего открытия наших дней.
Костер никак не разгорался. Люди с факелами в руках, в масках и длинных одеяниях, будто призраки, метались вокруг сваленных в груду странных предметов. Желтые, с виду безобидные языки пламени нехотя лизали их… Но вдруг, словно спохватившись, костер зловеще заревел. Казалось, он звал к себе, одновременно о чем-то предостерегая молчаливую, понуро-неподвижную толпу индейцев. Она вздрогнула, пришла в движение, однако стальное кольцо закованных в доспехи солдат, окружавших костер, остановило внезапно вспыхнувший порыв.
При ярком свете костра фигуры монахов, главных устроителей этого обычного для тех времен зрелища, стали мрачнее: на лицах и одежде плясали багровые, желто-красно-черные пятна.
Рядом с костром возвышался свежесрубленный помост. На нем в окружении пестро разодетой свиты — бархат, шелк, кружева — в высоком кресле сидел главный алькальд, наместник испанской короны на землях лишь недавно завоеванного конкистадорами полуострова Юкатан. Здесь же толпились святые отцы, а впереди, на самом краю помоста, стоял тот, кто зажег этот зловещий огонь в городе Мани — одной из древних столиц индейцев майя. Это был первый провинциал Юкатана и Гватемалы Диего де Ланда. Ему исполнилось только 38 лет, а между тем духовная власть францисканского монаха распространялась над обширнейшей территорией.
Примерно за год до этого среди испанцев поползли слухи, что недавно обращенные в христианство индейцы Юкатана снова стали тайно поклоняться языческим идолам, появились жрецы-пророки, предсказывавшие по своим еретическим книгам скорую гибель завоевателям. Провинциал Диего де Ланда не сомневался, что книги начертаны по наущению дьявольскому. Он приказал хватать всех, кто вызывал подозрение, и под пыткой добиваться признания в отступничестве от святой католической веры. Трибуналы инквизиции свирепствовали по всей провинции.
Монахи и солдаты рыскали повсюду в поисках языческих святынь; особенно настойчиво искали рукописи-книги. Их следовало уничтожить — таково было решение первого провинциала.
Среди окружения Диего де Ланды был индеец, великолепно осведомленный во всем, что касалось прошлого народа майя. Он принадлежал к знатному индейскому роду Чи и приходился внуком владыке города Мани, правившего здесь еще до прихода испанцев. При крещении ему дали христианское имя Гаспар Антонио. Так Гаспар Антонио Чи стал верноподданным католиком. Но даже он, ревностно служа испанцам, не смог убедить провинциала Ланду, что книги-рукописи сами по себе никому не угрожают, что в них лишь прошлое индейцев майя, описание древних обычаев и обрядов, астрономического календаря, важнейших исторических событий. Правда, Гаспар Антонио с нескрываемым почтением подтверждал, что рукописи содержат длинный перечень языческих богов, обрядов и праздников в их честь и иную ересь. Для Диего де Ланды этого было вполне достаточно, чтобы предать еретические книги вместе с другими индейскими святынями аутодафе. И 12 июля 1562 года палачи разожгли костер.
Преследования еретиков, сопровождавшиеся невероятными жестокостями, продолжались. «Слава» о них разнеслась далеко за пределы Юкатана. Власти вынуждены были направить на полуостров епископа Тораля, чтобы на месте ознакомиться с деятельностью Диего де Ланды по «спасению душ» туземцев. Жестокость францисканца поразила даже этого верного служителя испанской короны и католической церкви, и Тораль приказал немедленно приостановить преследование индейцев отступников.
Диего де Ланда вскоре выехал в Испанию; ему надлежало предстать перед советом по делам Индий. Но совет оправдал Ланду, и через несколько лет он вернулся на Юкатан уже в качестве епископа.
Так погибли сотни, а может быть, и тысячи рукописей индейцев майя, сожженные на костре францисканским монахом. Так погибли книги, которые, несомненно, могли помочь раскрыть многие тайны одной из величайших в мире цивилизации индейцев майя. Так фанатик монах, приведенный в ярость своим бессилием искоренить среди индейцев языческую веру, похитил у человечества историю целого народа.
Тысячи рукописей, сотни тысяч исписанных разными почерками страниц хранятся в архивах Испании. О чем они только не рассказывают! Сколько труда вложили в них безымянные переписчики! День и ночь скрипели они гусиными перьями, записывая под диктовку или переписывая с листа доносы и жалобы, прошения и рекомендации, невероятные рассказы о правдивых историях и правдоподобные описания небылиц. Здесь и сообщения, поведанные осведомителями-индейцами, и длинные богословские рассуждения ученых-монахов, и родословная какого-нибудь туземного царька…