Холли опять пожала плечами. Ей очень не хотелось, чтобы Марк Гринэвей стал причиной серьезной ссоры между двумя ее подругами.
На следующее утро мистер Адамс сел за стол, держа в руках газеты и рекламный проспект, который он обнаружил вместе с почтой на коврике перед дверью.
Мама Холли быстро пробежала глазами листок:
— «Мэри Гринэвей, — прочла она, — целительница. Приди и открой для себя силу веры, которая поможет тебе избавиться от страданий», — миссис Адамс засмеялась. — Она сегодня проводит встречу в зале Херон — холл.
— А что такое «целительница»? — заинтересовался Джейми.
— Целители — это такие люди, которые заявляют, что могут лечить больных без лекарств и без медицины, — ответила миссис Адамс. — Все это сплошной обман и старо как мир.
— Значит, ты не веришь, что целители могут действительно лечить больных? — спросила Холли, заглядывая через мамино плечо в проспект.
— Не верю, — твердо сказала миссис Адамс. — Это самое обыкновенное мошенничество. Такие, как эта Мэри Гринэвей, никого вылечить не могут.
Холли взяла в руки проспект.
— Ее сын Марк только что перешел в нашу школу, — задумчиво проговорила она.
И рассказала родителям все, что знала о Марке и его семье. Пользуясь тем, что Холли отвлеклась, Джейми выхватил у нее листок и принялся складывать из него самолетик.
— Эй, не нахальничай, я его еще не прочитала! — возмутилась Холли и накинулась на брата, пытаясь отнять у него проспект.
— Что еще за возня за столом? — одернула их миссис Адамс. — Джейми, верни сестре листок и отправляйся за своим ранцем. А то вы оба в школу опоздаете.
Когда Холли пришла в школу, выяснилось, что множество подобных рекламных проспектов было распространено по всему городу.
— Она обманщица! — убежденно заявила Белинда. — Это совершенно точно.
— Моя мама тоже так сказала, — кивнула Холли. — Но я бы все же хотела сама посмотреть.
— А почему бы нам не сходить — смеха ради? — предложила Белинда. — Посмотрим, как все это делается. У тебя найдется парочка каких — нибудь болезней, чтобы полечить?
— Разве что Джейми — это моя всегдашняя головная боль, — засмеялась Холли. — Но в этом Мэри Гринэвей мне вряд ли поможет. Спросим у Трейси, может, она захочет с нами пойти?
— По — моему, не стоит, — сказала Белинда. — Трейси сейчас так старается опекать Марка, она в принципе не одобрит нашу идею — пойти на эту встречу, чтобы убедиться, что его мать мошенница.
— Что не одобрит, это точно, — согласилась Холли. — Пожалуй, ты права, нам и вправду лучше пойти без нее.
Херон — холл был частью недавно выстроенного комплекса муниципальных зданий. Он мог вместить несколько сот зрителей. К тому времени, когда Холли и Белинда пришли туда, он был уже заполнен больше чем наполовину.
— Как ты думаешь, все эти люди верят в ее силу целительства? — шепотом спросила Белинда, когда они устроились в одном из задних рядов. — Или просто пришли из любопытства, вроде нас?
— Так сразу не скажешь, — покачала головой Холли, оглядывая зал. — Здесь разные люди собрались.
Сцена оставалась абсолютно пустой, если не считать стойки микрофона и одинокой табуретки.
Все больше и больше людей собиралось в зале, и вскоре он был почти полон.
— Ну уж никак не поверю, что они все больные, — хмыкнула Белинда.
Прежде чем Холли успела что — то ответить, основной свет в зале начал гаснуть, и вскоре один только прожектор освещал узким лучом табуретку в центре сцены.
Мэри Гринэвей не спеша прошла по сцене и села на табуретку.
— Добрый день, дорогие друзья, — сказала она. — Меня зовут Мэри Гринэвей. Сегодня вы увидите удивительные вещи. Сегодня вы станете свидетелями того, как болезни и страдания уходят под действием силы веры. Я не претендую на обладание какими — то особыми способностями исцелять болезни. Единственное, что я хочу и могу сделать, это помочь вам открыть в себе собственные внутренние силы.
— А что она имеет в виду, когда говорит о внутренних силах? — прошептала Белинда. — Хочет превратить нас в супергероев, в Бэтмэнов?
— Тс — с! — приложила палец к губам Холли. — Я хочу послушать.
Мэри Гринэвей сделала несколько шагов к краю сцены.
— Вот вы, мадам, — указала она рукой на женщину в первом ряду. — Я чувствую, что вы испытываете физические страдания. Не хотите ли подняться сюда и испробовать на себе могущественную силу исцеления верой?
Все вытянули шеи, глядя, как пожилая женщина встала со своего места и, шаркая ногами, прошла на сцену.
Целительница положила ладонь на голову женщины.
— Вы страдаете от многих причин, — заговорила она. — Пусть ваша вера воссоединится с моей, чтобы преодолеть эту боль.
В зале воцарилась полная тишина. Затаив дыхание, все смотрели на сцену.
— Ваша боль прошла? — спросила через несколько секунд Мэри Гринэвей.
— Да! — ответила женщина. В ее голосе прозвучали удивление и радость. — Да, совершенно прошла — как не бывало.
Мэри Гринэвей устремила взгляд в зал, простирая вперед руки.
— Сейчас все вы стали свидетелями того, какие чудеся может творить сила веры! — провозгласила она.
