– Когда я была здесь, тетушка Бокхи хорошо ко мне относилась. Она и рассказала мне о тебе. Мол, ты похожа на меня… – Чон Гымхи снова мягко улыбнулась. – А как еще я смогла бы узнать о тебе еще до нашей встречи? Думаешь, я так тщательно собираю информацию обо всех учениках и потом поджидаю, чтобы нанести удар? Ну нет, мне не до этого, я человек занятой. – На этот раз она громко рассмеялась. – Ты знаешь, как я стала тем, кто есть сейчас? Я смогла восполнить нехватку любви у «цели» – он вырос без матери. Я сама стала ему матерью. А потом заботилась о тяжело больной жене. Я вложила все в это. И вот уже прошло три года со дня нашей свадьбы. Но передо мной все еще стоит эта стена отчуждения – все думают обо мне как о Золушке, о чужачке, пробравшейся извне. Моя корона будто не отлита до конца, и все мои мечты до сих пор – словно колоссы на глиняных ногах. И все потому, что я много полагаюсь на чувства – а они изменчивы и мимолетны. Я – мачеха для сына и дочери от первого брака. На самом деле эта ситуация довольно абсурдна – отдавать всю себя и так страдать, пытаясь тут выжить, ради одного какого-то мужчины, насколько б он ни был богат. Но посмотри на это под другим углом. Если б не подобный способ, такие как мы не смогли бы настолько подняться. Стоит тебе только завоевать этого одного мужчину, и весь мир будет у твоих ног. Так что даже если тебе будет стыдно, используй ситуацию себе во благо. Мы не родились с серебряной ложкой во рту – а значит, нам надо использовать тех, кому в жизни повезло больше. Не используй один тот факт, что ты женщина, – так ты лишь станешь игрушкой. Нужно завоевать сердце. Это и есть ключ к успеху.
Заметив растерянное выражение лица Хан Соджон, Чон Гымхи продолжила:
– Ты мне как младшая сестра. Тетя Бокхи тоже попросила меня позаботиться о тебе.
Если речь о тете Бокхи, может, ей можно доверять…
– Если ты думаешь, что ничего не получится, возможно, будет лучше оставить пустые надежды и сбежать, как твоя подруга.
Эти слова задели Хан Соджон за живое. Она не могла понять, что именно ее возмутило больше: «если не получится», «как твоя подруга» или «лучше сбежать».
Чон Гымхи ухмыльнулась.
– Хочешь, я тебе помогу?
Она взяла девушку за руку. Соджон не стала ее высвобождать: она все думала о тете Бокхи – не стала бы та так хорошо общаться с нехорошим человеком, правда?
– Нельзя просто так спускать все ректорше с рук. Ты же тоже все видела.
– Но что я…
«Что я-то могу сделать?» – хотела было спросить Соджон, но сдержалась. Она ждала, что скажет дальше Чон Гымхи.
– Я ничего не могу предпринять по поводу твоей пропавшей подруги. Но дочку ее, Сохён, возьму под свою опеку. Она будет в лучших условиях и в безопасности.
– Что от меня требуется?
Услышав эти слова, Хан Соджон не понимала еще, какая в данном случае разница между «взять Сохён под опеку» и «взять Сохён в заложники».
– Ты должна сделать то, что тебе по силам, должна во что бы то ни стало. Выпустись.
Выпуститься…
– Пока что твоя задача – сосредоточиться на выпуске. Я помогу тебе, чем смогу. А что тебе нужно будет сделать дальше, я расскажу после.
Хан Соджон снова посмотрела на Чон Гымхи. Эта женщина была уверенной, полной решимости и силы. Может, она действительно способна изменить к лучшему это странное место, Академию…
– Мне кое-что надо сказать… То, что я услышала в кабинете…
Чон Гымхи слегка нахмурилась, как будто подталкивая ее быстрее выложить то, что она собиралась.
– Ректорша сказала Ли Джинуку следить за вами…
– Ты… – Чон Гымхи посмотрела на Хан Соджон с удивлением. – Ты знаешь Ли Джинука? Да ты нам много чем пригодишься!
– Нет, не это же не главное… Вы…
– Ли Джинук, значит? Как все отлично складывается! – Она звонко рассмеялась. – Ты думаешь, я дурочка? Думаешь, не знаю, что у ректорши есть свои планы на меня?
Ах, эти люди… Хан Соджон тихо вздохнула. Хотя они улыбаются и ведут себя дружелюбно по отношению друг к другу, на самом деле всегда ведут двойную игру. Принимать все за чистую монету – удел наивных и глупцов. «Чтобы справиться с этими людьми, наверное, мне тоже нужно стать такой же…»
Хан Соджон запуталась в своих мыслях.
– В любом случае думай о том, что ты должна делать для того, чтобы выпуститься. – Чон Гымхи открыла дверь и вышла из комнаты.
Спортивные состязания оказались состязаниями по боевым искусствам. Присутствовавшие разошлись, образовав в центре зала пространство для единоборства, где и выстроились в два ряда ученики, завершившие подготовку.
Все участники были одеты в черные обтягивающие костюмы. Благодаря здоровому питанию, физическим упражнениям и тренировкам они обладали отличной подтянутой фигурой. Ученики стояли в центре, демонстрируя свои стройные силуэты, сверкая решительными взглядами. Картина была впечатляющей и прекрасной. Когда они выходили в центр зала один за другим, из толпы раздавались восхищенные возгласы.
– Правило этого состязания одно: использование оружия запрещено. Можно состязаться только голыми руками. Итак, начнем! – Ведущий Мун Намджун дал отмашку.
