– А-ну стой. Я перезвоню.
Мужчина, сидящий в кресле, оборачивается. Да, это отец Владимира – Власов Николай. Я попадаю под прицел карих, недоброжелательных глаз. На меня смотрит самоуверенный, считающий себя выше всех остальных, неприятный человек, с которым я всегда избегала встреч из-за жутких рассказов тёти. Таким я себе его и представляла. Морщинистым, с редкими, седыми волосами, невысокого роста, не дюжего телосложения.
– Ты Полина? Новенькая?
Старый пень неприлично долго меня рассматривает, облизывая свои тонкие, сухие губы.
– Да.
Привстаёт с кресла, широко улыбаясь.
Улыбка Власова старшего напоминает оскал шакала.
Я от этого чувствую по спине липкий холод.
– Вот мы и встретились…
Двигается ближе. Плавно обходит по кругу, продолжая также неприлично нагло меня рассматривать.
– Твоя тётка за тебя поручилась.
Не нравится, как он на меня смотрит!
Оценивает, как девушку лёгкого поведения, выставленную на витрину публичного дома.
– Хороша собой! – радостно заявляет. – Я бы хотел познакомиться с тобой ближе… И кое-что интересное предложить!
– Извините, мне нужно работать.
Дёргаюсь к выходу, но мою руку ловит шершавая ладонь, сжимая до боли.
– Стой. Я не отпускал! Ты забыла, кто перед тобой? Работать будешь тогда, когда я скажу. Дай я тебя хорошенько рассмотрю…
– Не надо.
– Что ты сказала? – недовольно рыкнул. – Рита поручилась за тебя, детка. Ты даже не представляешь, как она меня уговаривала!
Я вспомнила, что в тот вечер, когда тётя вернулась с новостями и едой для меня, на ней не было лица, а одежда сидела неряшливо.
Ох, нет…
Боже Рита, зачем… Зачем?!
– Может ты хочешь повышение? Хочешь стать старшей горничной? Или… управляющей?
Рука Власова опустилась на моё бедро.
В какой-то момент, я не понимаю, как оказываюсь загнанной в угол, прижатой спиной к стене.
– Отпустите!
– Да не дёргайся ты! Я всего лишь хочу на тебя посмотреть! Как ты выглядишь без формы, давай проверим?
Николай касается моего лица, надавливает пальцами на подбородок, но я не могу вырваться, он очень сильный! А его прикосновения, его липкий, мерзкий взгляд вызывают у меня тошноту.
– Пожалуйста, не надо…
– Почему же? – интонация такая, словно он удивляется. – Тебе деньги что ли не нужны? Я сделаю твою жизнь лучше! Тебе всего лишь нужно будет… – наклонился к моим губам, прошептав, – развлекать меня по ночам.
Мерзавец!!!
Николай начинает смело меня трогать во всех местах, и почти целует. Я бы никогда не отмылась от этого позора! Если бы по счастливой случайности дверь кабинета не открылась.
– Отец, я…
Узнаю голос вошедшего, моя душа застывает.
Нет!!!
Это вовсе не счастливая случайность!
В кабинет вошёл Влад.
И сейчас он смотрел на нас.
В его глазах кипел ад. А его кулаки сжались со злобным хрустом. Он видел, как его отец прижимается ко мне, собираясь поцеловать. Я вцепилась в его руки, пытаясь скинуть с себя негодяя, а со стороны это выглядело так, будто я не могу сдержать страсть.
– Что здесь происходит?
– Сорвались мы, от большой и безумной любви. Сам что ли не видишь? – подло ухмыляется.
Лихорадочно поправляю юбку, от потрясения и стыда теряю дар речи.
Сволочь!
Что он себе позволяет?!
– Тебя, сын, стучать не учили?
Оказавшись вновь свободной, спешу к двери. Боюсь посмотреть Владу в лицо, все его эмоции и без того кожей чувствую. Они разъедают меня до костей.
Он сам открывает передо мной дверь, схватив за локоть, толкает в коридор, не позволяя даже ни слова вымолвить в своё оправдание.
– Что ты хотел? – откашлявшись, Николай Сергеевич поправил галстук. – Милочка, зайди ко мне через час, мы продолжим! – это уже мне напоследок добавляет.
Дверь безжалостно хлопает. От мощного удара трясется даже потолок.
Я стою на одном месте ещё несколько минут, так точно!
Подожду его. Объясню. Он обязательно мне поверит. Не стоит волноваться!
Но, несмотря на успокаивающие слова, тревога в душе никак не угасала. Из-за нехорошего предчувствия…
Я вышла в сад, чтобы подышать воздухом, успокоиться. Прислонилась спиной к стене дома, ненадолго прикрыла глаза.
Когда открыла увидела полыхающие, как никогда, большие янтарные глаза, с безграничным осуждением смотревшие на меня.
– У тебя роман с моим отцом? Давно?!
– Нет!
Мощный кулак летит в мою сторону, заставляя меня вскрикнуть и зажмуриться. Слышится удар. Но боли нет… Открываю глаза, понимаю, что он впечатал его в стену рядом с моей головой.
– Как. Ты. Могла?!
– Я ничего не делала! Он сам ко мне начал приставать, я клянусь!
– Это ведь ложь? Я видел, как ты вцепилась в его руки, а слова отца?! Он сказал мне, что ты вертишь перед ним хвостом и заигрываешь. Сама на него в углу накинулась! Умоляла о повышении и… – он еле выбил из себя последние слова, поморщившись, – предлагала себя.
– Что ты сказал…
Он меня больше не слушает. Ярость затмила всё.
– Что тебе ещё наговорил обо мне твой отец?
– Я уезжаю.
Сказав это, разворачивается и уходит.
