Также нет необходимости, чтобы кто-либо поверил в Оккультные Науки и Древние Учения, прежде чем он узнает что-либо о своей Душе и уверует в нее. Ни одна великая истина никогда не была принята a priori, и обычно проходило столетие или два, прежде чем проблески ее начинали вспыхивать в человеческом сознании, как возможная правда, исключая те случаи, когда утверждение какого-либо факта подтверждалось его достоверным открытием. Истины наших дней являются ложью и заблуждениями дней вчерашних и vice versa. И настоящий труд будет оправдан частично или целиком лишь в двадцатом столетии.
Потому утверждения наши нисколько не пострадают, даже если сэр Джон Эванс будет утверждать, что письменность не была известна в Каменном Веке. Ибо она могла быть неизвестной в течение этого периода в Пятой Арийской Расе и, тем не менее, быть в употреблении среди атлантов Четвертой Расы в славные дни их высшей цивилизации. Циклы подъема и падения народов и рас подтверждают и объясняют это.
Если же нам скажут, что уже до нашего времени были случаи подделок псевдо-апокрифов, навязанных легковерным и, что наш труд может быть помещен наряду с трудом Жаколльо «Библия в Индии» – хотя, между прочим, в этой книге больше правды, перемешанной с заблуждениями, нежели мы находим ее в трудах правоверных и признанных востоковедов, – то подобные обвинения и сравнения мало смутят нас. Мы дождемся нашего часа!
Даже знаменитая Езур Веда прошлого столетия, которую Вольтер признал «самым драгоценным даром Востока Западу», а проф. Макс Мюллер считал «самой нелепой книгой, которую можно себе представить», не совсем лишена фактов и истин. Случаи, когда априорные отрицания со стороны специалистов были оправданы последующими подтверждениями, составляют лишь ничтожный процент тех, в которых эти отрицания были вполне опрокинуты последующими открытиями и установлены, как истина, к великому смущению просвещенных возражателей. Езур Веда явилась ничтожным яблоком раздора по сравнению с торжеством сэра Уилльяма Джонса, Анкетил дю Перрон и других, в вопросе о санскрите и его литературе. Подобные факты отмечены даже самим проф. Максом Мюллером, который, говоря о поражении Дугальда Стюарта и К°., заявляет в связи с этим, что:
«Если бы факты относительно санскрита были верны, то Дуглас Стюарт, будучи слишком благоразумным, не мог бы не признать, что заключения, выведенные на их основании, были неизбежны. Потому он, вообще, отрицал реальность существования такого языка, как санскрит, и написал свой знаменитый очерк в доказательство того, что санскрит был составлен по образцу греческого и латинского языка браминами, этими архи-подделывателями и лжецами, и что вся санскритская литература была лишь вымыслом».[1029]
Писательница вполне готова и гордится оказаться в обществе этих браминов и других исторических «лжецов», согласно мнению нашего современного Дугальда Стюарта. Она слишком долго жила и личные опыты ее были слишком разнообразны, чтобы она не знала, по крайней мере, нечто о человеческой природе. «Если вы сомневаетесь, то воздержитесь», – говорит мудрый Зороастр, осторожный афоризм которого, в каждом случае, подтвержда ется ежедневной жизнью и опытом. Однако, подобно Св. Иоанну Крестителю, мы видим этого Мудреца прошлых веков, проповедующим в пустыне в обществе более современного философа, именно Бэкона, предлагавшего такую же бесценную, практическую мудрость, говоря:
«В созерцании [в каждом вопросе знания, добавляем мы], если человек начинает с уверенности, он кончает в сомнениях; но если он удовлетворится начать с сомнений, он кончит в уверенности».
На этом совете, данном отцом английской философии представителям британского скептицизма, мы должны были бы закончить словопрение, но наши читатели-теософы имеют право на заключительное оккультное осведомление.
