Наконец, наглядно доказано, как внутренними, так и внешними доказательствами, обоснованными на свидетельствах лучших европейских гебраистов и признаниях самых ученых еврейских раввинов, что «существенное основание Библии, которая получила очень значительные вставления и дополнения, образует некий древний документ»; и что «Пятикнижие возникло из первичного, или более старого документа прибавлением к нему дополнительного». Поэтому при отсутствии «Книги Чисел» [350] каббалисты Запада вправе делать определенные заключения лишь тогда, когда у них под рукой какие-либо данные, по меньшей мере, из того «древнего документа» – данные, которые ныне находят разбросанными по египетским папирусам, ассирийским табличкам, и традициям, сохраненным потомками учеников последних назаров. Вместо того, большинство из них принимают в качестве авторитетов и непогрешимых руководителей Фабра д'Оливье – который был человеком огромной эрудиции и умозрительного склада ума, но не был ни каббалистом, ни оккультистом, как восточным, так и западным – и масона Рагона, величайшего из «сыновей Вдовы», который еще меньше был востоковедом, нежели д'Оливье, так как в дни обоих этих выдающихся ученых санскритская ученость была почти неизвестна.
<p>ОТДЕЛ XXI</p><p>ЕВРЕЙСКИЕ АЛЛЕГОРИИ</p>Как может какой-либо каббалист, ознакомившись с вышеизложенным, выводить свои заключения по поводу истинных эзотерических верований первобытных евреев, основываясь только на том, что он теперь находит в еврейских свитках? Как может какой-либо ученый – даже хотя и один из ключей ко всемирному языку теперь несомненно открыт, правильный ключ к числовому чтению чисто геометрической системы – выдавать что-либо за свое окончательное заключение? Современные каббалистические рассуждения находятся на одном уровне с современным «спекулятивным масонством»; ибо, как последнее тщетно пытается увязаться с древним – или, вернее, с архаическим – масонством храмов, терпя неудачу, потому что все его претензии оказываются необоснованными с археологической точки зрения, – то же самое происходит с каббалистическими рассуждениями. Так как ни одна тайна природы, стоящая, чтобы за ней погнались, не может быть раскрыта человечеству установлением того, был ли Хирам Абиф живым сидонским строителем или солнечным мифом, так и никакой новой информации не прибавится к оккультному учению узнаванием подробностей, какие экзотерические привилегии были дарованы Нумой Помпилием Коллегии Фаброрум. Скорее используемые в нем символы должны изучаться в арийском свете, так как весь символизм древних посвящений пришел на Запад со светом Восточного Солнца. Тем не менее мы обнаруживаем, что наиболее ученые масоны и символоги заявляют, что все эти вещие символы и глифы, ведущие к своему общему источнику в безмерной древности, ни что иное как проявление изобретательного натурального фаллицизма или эмблемы примитивной типологии. Насколько же ближе к истине автор «Источника мер», который заявляет, что элементы человеческого и числового построения в Библии не исключают присутствия в ней духовных элементов, хотя теперь так мало тех, кто их понимают. Слова, которые мы цитируем, настолько же многозначительны, насколько они правдивы:
