В 1877 году пишущая эти строки, цитируя авторитет и мнения некоторых наиболее выдающихся ученых, рискнула утверждать, что между терминами Хрестос и Христос существует большая разница, имеющая глубокое и эзотерическое значение. Также, что в то время как Христос означает «жить» и «родиться в новую жизнь», Хрестос в фразеологии «посвящения» означал смерть внутренней, низшей или личной природы в человеке; таким образом дан ключ к пониманию брахманского титула «дважды-рожденный», и, наконец,

Задолго до эры христианства существовали хрестиане, и к ним принадлежали ессеи.[527]

За это едва ли нашлись эпитеты достаточно оскорбительные, чтобы обозвать автора этих строк. И все же, как тогда, так и теперь автор никогда не пытается выступать с такого рода серьезными заявлениями без ссылок на такое количество ученых авторитетов, какое только можно было собрать. Так на следующей странице было сказано:

Лепсий доказывает, что слово Нофре означает Хрестос, «добрый», и что один из титулов Озириса, «Оннофре», должен переводиться как «проявленная доброта Бога». «Поклонение Христу не было всеобщим в то раннее время», – объясняет Маккензи, – «этим я хочу сказать, что христолатрия еще не была введена, но поклонение Хрестосу – Принципу Добра – предшествовало ей на многие века и даже пережило общее принятие христианства, как это видно на все еще существующих памятниках... Опять-таки у нас имеется надпись, являющаяся дохристианской, на надгробной плите (Spor. «Misc. Erud.», Ant., X, XVIII, 2) Υαχινθε Λαρισαιων Δημοσιε Ηρως Χρηστε Χαιρε и де Росси («Roma Sotterana», т. I, tav. XXI) даст нам другой пример из катакомб – «Aelia Chreste, in Pace»».[528]

Сегодня пишущая эти строки в состоянии добавить ко всем этим свидетельствам подтверждение одного эрудированного автора, который все, за что он берется, доказывает на основании геометрически наглядности. В книге «Источник мер» имеется любопытный абзац с замечаниями и объяснениями, автор которых, вероятно, никогда не слыхал о «боге мистерий» Вишвакарме ранних арийцев. Трактуя о различии между терминами Хрест и Христ, он заканчивает, говоря, что:

Было двое Мессий: один, который спустился в Преисподнюю ради спасения этого мира; это было Солнце, лишенное своих золотых лучей и увенчанное черными (символизирующими эту утерю), как терниями; другой же был торжествующий Мессия, вознесшийся на верх небесного свода и олицетворяемый, как Лов из Племени Иуды. В обоих случаях он имел крест; один раз в унижении, и один раз, держа его в своей власти, как закон творения. Он будучи Иеговой.

И затем автор продолжает преподносить «факт», что «было двое Мессий» и т. п., как было сказано выше. И это – оставляя в стороне божественный и мистический характер и утверждение, что Иисус целиком не зависит от этого события Его смертной жизни – показывает Его, вне всякого сомнения, как посвященного египетских мистерий, где разыгрывался тот же обряд Смерти и духовного Воскресения неофита, или страждущего Хрестоса на его испытании, и нового рождения через Возрождение, – ибо это был повсеместно принятый обряд.

Перейти на страницу:

Все книги серии Теософия

Похожие книги