Те немногие размышления о подлунном, материальном и духовном мирах, которые они изложили письменно – сам Аммоний, по обыкновению реформаторов, не написал ни одной строчки – не могут дать возможности потомству судить о них правильно, даже если вандалы раннего христианства, более поздние крестоносцы и фанатики средних веков, не уничтожили бы трех частей из того, что осталось от Александрийской библиотеки и ее позднейших школ.
Профессор Дрэпер показывает, что один только кардинал Ксимен
Предал огню на площадях Гренады восемь тысяч арабских рукописей; многие из них были переводы классических писателей.
В Ватиканской библиотеке было обнаружено, что целые абзацы в наиболее редких и драгоценных трактатах древних были выскоблены или зачеркнуты «чтобы между строками вписать самые абсурдные псалмопения!» Кроме того, хорошо известно, что более тридцати шести томов, написанных Порфирием, были сожжены и другим способом уничтожены «отцами». Большую часть из той малости, которая известна из доктрин эклектиков, можно найти в писаниях Плотина и тех же самых отцов церкви.
Автор
Тем, кем Платон был по отношению к Сократу и апостол Иоанн по отношению к главе христианского вероисповедания, – тем стал Плотин по отношению к Богом-наученному Аммонию. Плотину, Оригену и Лонгину мы обязаны за то, что известно о филалетеянской системе. Они были должным образом наставлены, посвящены, и им были доверены внутренние доктрины.[571]
Это наилучшим образом объясняет, почему Ориген назвал «идиотами» людей, верящих в Сад Эдема и в басни про Адама и Еву, а также и тот факт, что из писаний этого отца церкви так мало дошло до потомства. Действительно, это можно считать чудом, что несмотря на наложенное требование секретности, на обет о сохранении тайны и злонамеренное уничтожение любыми отвратительными способами, даже хоть сколько-нибудь из учений филалетеян уцелело для мира.
И Небеса были видны в семи Сферах, и планеты показались со всеми своими знаками в виде звезд, и звезды были разделены и перечислены вместе с правителями, которые находились в них, и путями их вращения, силою божественного Духа.[572]
Здесь Дух означает Пневма, коллективное божество, проявленное в своих «Строителях» или, на языке церкви, «семи духах Присутствия»,
Эти семеро «правителей» или посредничествующие ангелы были богами-кабирами древних. Это было настолько очевидно, что вынудило церковь вместе с признанием этого факта дать объяснение и теорию, чьи неуклюжесть и явная софистика таковы, что никого не смогут убедить. От мира требуется поверить, что в то время как планетарные ангелы церкви являются божественными существами, подлинными «серафимами»,[573] эти же самые ангелы с тождественными именами и планетами, были и есть «ложные» – в качестве богов древних. Они ничто иное, как притворщики, коварные копии настоящих ангелов, заранее заготовленные искусством и силою Люцифера и падших ангелов. Но что такое кабиры?
Кабиры как имя произведено от Хабир חפר, великий, а также от Венеры, так как эта богиня до сегодняшнего дня называется Кабар, как и ее планета. Кабирам поклонялись в Хеброне, городе анакимов, или анаков (царей, князей). Они – высочайшие планетарные духи, «величайшие боги» и «могущественные». Барро, следуя Орфею, называет этих богов ευδυνατοι, «божественные Силы». Слово кабирим будучи примененным к людям, и слова Хебер, Гхебер (со ссылкой на Нимрода или «исполинов»
Суидас определяет кабиров как богов, повелевающих всеми другими демонами (духами), καβείρους δαίμονας. Макробий представляет их как
Тех пенатов и охраняющих божеств, через которых мы живем, узнаем и знаем (
