– Сейчас – редко. Я понимаю, что ему в настоящее время не до меня. Думаю также, что он испытывает стыд передо мной за то, что мы разорены. Я хотя и считаю, что ему нечего стыдиться, что такое может случиться с каждым, все равно чувствую, что он как бы закрылся в своей раковине, обдумывает, как ему выкарабкаться из кризиса.
– Когда он бывал в Москве, где обычно назначал встречи друзьям, партнерам?
– Какой неожиданный вопрос… Он любит бывать в ресторане «Карамазофф».
– И вы там тоже бывали?
– Ну конечно! А что?
– Ваш отец был знаком с Александром Сыровым?
– С Сашей-то? Ну да, конечно!
– Вы не знаете, какие общие дела их связывали?
– Конечно, знаю! Это же я познакомила папу с Сашей. У него были проблемы с ноутбуком, он спросил меня, нет ли у меня хорошего мастера, вот так я их и познакомила.
– Сколько раз они встречались?
– О, понятия не имею! После того как я дала папе его телефон, они уже могли обходиться и без меня. Но при чем здесь мой папа?
– Лариса, пожалуйста, вспомните, где и при каких обстоятельствах вы познакомились с Надеждой Треповой.
– Что-то я не понимаю… Я же вам только что все рассказала. В чем дело?
– Вы сказали, что Надя выбрала ваше лицо… Это понятно. Но где она могла его выбрать? Где она вас прежде видела?
– Нигде. Она заметила меня на улице, неподалеку от моего дома. Мы с ней почти столкнулись возле подъезда. Она взглянула на меня пристально, что-то сказала, я не разобрала, но почему-то подумала, что у меня лицо испачкано или что-нибудь в этом роде… Спросила ее, что с моим лицом, и вот тогда она ответила мне, что у меня прекрасное лицо и что она хотела бы повнимательнее его рассмотреть. Согласитесь, у нормального человека и реакция должна была быть нормальной. Вот и я… возмутилась, сказала ей какую-то грубость… И тогда она мягко так, извиняющимся голосом, объяснила, что она художница… Ну и все такое. Вот так мы и познакомились. Я пригласила ее домой.
– Что, вот так, прямо с улицы?
– Нет-нет, для начала она убедила меня в том, что действительно художница. Она показала мне какой-то документ, что она член Союза художников, кажется. Потом открыла папку, которая была у нее в руках, там были эскизы иллюстраций к этому же роману… Она сказала, что искала женское лицо…
– Ясно.
– А кто-нибудь из ваших знакомых ее видел?
– Нет. Может, Лена видела, но только мельком… Значит, это она, Надя, увела у меня жениха? – спросила Лариса с горечью. – Вот бы никогда не подумала… Я-то была уверена, что он встретился со своей новой пассией в Ницце… Ну да, мы с Леной так и предполагали.
– Почему в Ницце?
– Да потому, что он каждый год туда ездит отдыхать один… А в этом году так получилось, что он практически сразу же по возвращении объявил мне о том, что между нами все кончено. Нет, он из вежливости побыл со мной немного, а потом все равно бросил… Так и сказал мне, что нам надо расстаться… Почему в Ницце, спрашиваете?.. – Она задумалась, пытаясь вспомнить что-то. – Знаете, между прочим, он сам рассказал мне, что встретился в Ницце с одной своей хорошей знакомой, Земцовой… Я еще тогда удивилась, что надо же так умудриться, встретиться в Ницце… Он еще посмеялся и сказал, что я стихами заговорила.
– Но это чистая правда, они с Земцовой действительно встретились там случайно, остановились в одном отеле…
– Знаете, все это теперь не имеет никакого смысла. Земцова ли, Надя… какая разница, если он меня бросил. Понимаете: меня бросили! Нет, Левин, вам этого не понять…
И Лариса разрыдалась.
– Ты зачем здесь? Сказал же, что тебе нельзя! Ты рисковал! А меня сейчас куда везешь?
Еще полчаса тому назад Надя покупала молоко в булочной. Вышла, и тотчас рядом с ней притормозил автомобиль. Увидев знакомое лицо, она испытала облегчение. Все-таки это лучше, чем оказаться в лапах тех, других.
– Садись, – сказал мужчина, и Надя покорно села. На заднем сиденье, за тонированными стеклами ее никто не увидит.
– Что с твоим лицом? – спросил мужчина. Половину его собственного закрывали черные очки. Бледные худые пальцы крепко держали руль.
– Ко мне приходили.
– Кто?
– Думаю, что те же, что в свое время испортили лицо тебе.
– Ты запомнила их?
– А ты не хочешь спросить, что им от меня было нужно?
– Догадываюсь. Пытались узнать, была ли ты в Ницце и что знаешь.
– Да.
– И что?
– Сказала, что понятия не имею, где вообще находится Ницца, и что Сырова сто лет не видела. Сказала, что только недавно узнала, что его убили.
– Странно, почему они к тебе вообще пришли.
– Вероятно, откуда-то узнали, что мы с ним дружили, встречались, что он был в меня влюблен, искал мне работу. Я испугалась, между прочим.
– А я говорил тебе, чтобы ты оставалась. Знал, что так и будет. Что они не станут бездействовать. Рано или поздно они через своих людей в прокуратуре выяснят, что это именно ты была там…
– Странно, что они этого еще до сих пор не выяснили.
– Это твое счастье, Надя. Если бы выяснили, мы бы с тобой сейчас не разговаривали.
– Ты зачем приехал?
