– Что это значит?
– Саша еще смеялся тогда, говорил, что они всех дурачат, эти Вдовины-Головины. Что на самом деле они родственники, что у них общие дела и что никакие они не конкуренты, что не враги… Что они на пару разводят лохов. И что в свое время пытались развести на бабки Дениса, да только потом передумали, потому что Денис стал встречаться с Лариской Вдовиной. Еще Сашка мне сказал, что сумел взломать почту Вдовина и почитать переписку Вдовина с Головиным и понял, что убийство Олега Шумилина, известного бизнесмена, думаю, вы слышали о нем, – тоже дело рук Вдовина и Головина.
– А где можно посмотреть эту переписку?
– У меня есть один конверт, который Саша отдал мне на хранение. Он сказал, что слишком уж опасны эти Вдовины-Головины…
– Когда это случилось? Когда он отдал вам этот конверт?
– Незадолго до смерти.
– Скажите, Катя, он действительно собирался в Ниццу?
– Сначала – да, а потом мы с ним вместе решили лететь в Деггендорф, мы только ждали приглашения от нашей знакомой, вы знаете…
– Какие дела у него могли быть в Ницце?
– Он хотел лететь туда с одной девушкой, да только потом передумал, сказал, что это опасно и лучше, если никто не будет знать, где он.
– Кто эта девушка?
– Понятия не имею. Но у моего брата все девушки – его клиентки, он особо не заморачивался на этот счет. Знаю, что у него была одна более-менее постоянная девушка, ее звали Виолетта, я и запомнила-то ее из-за имени. Но он не собирался жениться на ней, это я знаю точно. Сказал, что она любит его и это придает ему силы. А потом добавил, что она хорошая и он не может с ней вот так разорвать, ничего не объяснив. Знаю, что он хотел встретиться с ней и сказать, что уезжает. Навсегда.
– Но не встретился, – покачал головой Левин. – Она ждала его в ресторане «Карамазофф», но так и не дождалась. Где конверт?
– У меня дома. Надежно спрятан.
– Сейчас мы поедем, и вы отдадите мне его.
– Вы отпустите меня?
– Возможно.
После обеда Левин встретился с Денисом в кафе рядом с Театром сатиры. Взяв по три куска хрустящих цыплят и минеральную воду, они расположились подальше от остальных посетителей кафе, чтобы спокойно обсудить свои дела.
– У меня есть для вас, Денис, информация. Да, все правильно. Продавщица из булочной, с которой вы разговаривали сегодня утром, была права, очень внимательная девушка. Ваша Надя действительно села в машину, которая остановилась прямо напротив булочной – видеокамера зафиксировала этот автомобиль, нам удалось определить номер и, главное, владельца. Его фамилия Штейман.
– Штейман! – вскричал Денис чуть ли не на все кафе. – Вот оно – недостающее звено! Штейман, Михаил Яковлевич Штейман – это как раз тот, третий человек, который вылетел из Ниццы в Цюрих четвертого июня вместе с двойником Треповой и Тришкиным! Как все это происходило? Она запихнули ее в машину?
– Нет-нет, успокойтесь. Я сам лично просматривал пленку…
– Мне ее, к сожалению, не показали… Я ведь был там, в этом офисе, ночью, уговаривал охранника показать мне…
– Если бы вы были охранником, вы бы показывали пленку с видеонаблюдения каждому, кто попросит?
– Да я все понимаю…
– Главное, что эту пленку видел я. Видел, как из булочной вышла Надя и тотчас рядом с ней притормозила эта черная машина – «БМВ», новая Z4, шикарный автомобиль. Надя остановилась, увидела водителя, и знаете, у нее был вид человека, который испытал облегчение…
– То есть она его знала?
– По всей видимости, да.
– И что дальше?
– Она села в машину, и машина уехала. Все.
– Кто такой Штейман?
– Гражданин Франции, Михаил Яковлевич Штейман. Ваш ровесник, Денис.
– Вы не выяснили, где он остановился?
– Он два дня тому назад зарегистрировался в недавно приобретенном особняке по улице Бахрушина.
Денис даже присвистнул от восхищения.
– Не знаю, как вас благодарить, Игорь! Так давайте поедем туда, Надя, скорее всего, там!
– Но если она и там, то поехала туда по своей собственной воле. Советую вам все-таки набраться терпения и подождать… Думаю, не за горами тот день, когда мы снимем все обвинения с Треповой, и вот тогда она сама вернется к вам. Уверен.
– Но откуда такая уверенность?
Левин рассказал Денису о своем разговоре с Катей Сыровой, о признаниях, которые она сделала, посидев пару дней в камере.
– И что там, в этом конверте?
