В какой-то момент, а мне кажется, что все происходит очень и очень быстро, в небе проносятся грифоны, сопровождая свой полет орлиным криком. Несколько тут же оказываются подбиты, а те, кто умудрился долететь до Белой Колдуньи, пали камнями навзничь.
Я вижу как короли чудесной страны бьются с врагом, как храбро и отчаяно они убивают за то, что им дорого. И я вижу, как много они готовы сделать ради этого мира, который им даже домом не приходится. Я тоже должна набраться мужества и победить.
Кони топчутся на месте, но у нас был план, потому и ждем знака, хотя все войско видит, что силы не равны. Колдунья выпускает в бой полчища теней, и, кажется, пора без речей воодушевляющих кинуться на подмогу. Вытаскиваю меч из ножен и поднимаю над головой своей, и видится мне как блики солнечные играют на метале. И кричу, что есть мочи: “За Нарнию! За Аслана!”. Мой неопределенный, расплывчатый страх собирается во вполне конкретный, осязаемый ужас перед битвой, в которой падут многие, в которой могу умереть и я.
Крик поддерживающий поднимается тот же час, сотни, нет тысячи клинков вознесены к небу, ржание лошадей оглушает, и стоит только мечу моему опуститься, как первые ряды с криками уже летят в самое пекло. Пришпориваю коня, и мы пускаемся вместе с войском. Адреналин выплескивается в кровь, в ушах стоит гул, и я кидаюсь к гущу событий.
От топота копыт пыль поднимается клубами, а падающий снег тут же тает, едва достигая земли. Я вижу сквозь решетчатое забрало не так много, но успеваю пригнуться от летящей на меня огромной секиры, которая в миг лишила бы меня головы. Однако, много ли толку, если следущим ударом меня сбивают с коня. Удар пришелся в грудь, от чего я начала задыхаться, но благо доспехи меня уберегли от ранения. Шлем от столкновения с землей куда-то отлетает, и я вижу как на меня идет с зловещей ухмылкой бородатый карлик, держащий в руках кинжал изогнутый.
Не знаю, то ли страх так воздействовал на меня, то ли храбрости прилив, но хватаю рукой гнома за бороду и резко дергаю, роняя его на землю. После чего в спину его прилетает стрела с красным оперением.
Спасибо, Сьюзен.
Поднимаюсь с трудом, доспехи весят, кажется, тонну, а еще и оружие нужно держать в руках. Стараюсь избегать ударов ( не всегда это удается, естественно, ведь война на то и война, что любой солдат стремится убить тебя), чтобы добраться до Джадис, но вскоре полчища смертных существ остаются позади. Смотрю на стену мрака, которую мне необходимо преодолеть, а в душе надеюсь, что Аслан поможет. Или Амарос. Кто-нибудь, ведь одной справиться с этой задачей не под силу.
Нарния, помоги мне.
По лезвию меча снова пробегают отблески солнца, которого на небосклоне не видать, а тени уже в полутора метрах от меня. Что-то дергает посмотреть по сторонам, наверное поддержку искала, и нашла ее. Питер стоял недалеко, его меч светился золотыми лучами точно так же, как и мой. И снова Верховный король кивает, прежде чем пуститься в бой.
Он скрывается в тенях, разрезая их одеяния пополам и оставляя только темную землю после. Быть может это и есть тот самый знак, который я ждала. Та самая Тайная магия, о которой говорил Аслан. Времени размышлять о вечном не было, я ринулась следом за Питером.
Прорезая себе путь к виновнице этой войны, замечаю, что с каждым поверженным плащем золотистое сияние меча становится все ярче и слепит глаза. Его становится очень сложно держать, потому что рукоять с каждым новым ударом нагревается.
Все хуже слышен лязг метала, будто через тернистый лес ухожу в неизведанные земли. И с каждым новым шагом усталось берет верх. Последние ряды плащей уже не такие плотные, и я вижу сани Белой Колдуньи, а где-то справа слышны возгласы Питера, что отчаяно машет мечом, разрубая тени.
Мы вскоре выходим на холм, где сама Белая Колдунья восседает, управляя своим войском. Наши руки горят от жара раскаленного метала, я готова кричать от боли, но не раньше чем мы победим. Это еще не конец.
Не выпускай меч, Диана.
Я словно слышу в своей голове голос Великого Льва, но рядом его нигде нет. Мы здесь втроем, и все, что мне остается, это держать крепче свой меч, сжав зубы до скрипа.
- Питер, дитя мое. - Джадис дружелюбно заводит диалог, который не приведет ни к чему хорошему. - Как давно мы не виделись. Я, можно сказать, обязана тебе жизнью.
- Эй ты, ледяная старуха! - привлекаю внимание на себя, лишь бы она снова не начала морочить голову старшему Певенси.
- А ты отважная. Знаешь, что бывает с отважными? Они умирают.
Её посох нацелен на меня, и, кажется, Джадис собиралась меня превратить в камень, но Питер ловко отбил своим солнечным мечом заклинание. Я думаю, что это получилось случайно, ибо удивления в глазах Его Величества была даже больше, чем у колдуньи. Лицо ее исказилось гримассой злости и раздражения, а мы, переглянувшись, словно это наш ритуал особый, поняли, что волшебное оружие, данное нам Нарнией, способно остановить любое зло.
