Перед тем как прийти в разведку, Артур Александрович Адамс занимал пост члена коллегии Главного управления авиационной промышленности, помощника начальника этого же управления. То есть, по нынешним меркам, пост заместителя министра.
Однако в 1935-м, в возрасте 50 лет, Адамс резко меняет свою жизнь — он становится сотрудником военной разведки.
Его работа в Разведуправлении Красной армии складывается непросто. В 1937 году Управление госбезопасности НКВД выдвигает обвинение в связях с неким Блюгерманом, а также в том, что во время работы в Управлении авиационной промышленности он закупал оборудование за границей по завышенным ценам.
Руководству Разведуправления в этот раз насилу удалось защитить своего сотрудника. Однако в следующем, 1938 году его все-таки отзывают из-за границы и увольняют из военной разведки. Но через год вновь возвращают в Разведуправление и направляют в Нью-Йорк. Теперь он президент «Технологической лаборатории», авторитетный специалист с хорошими связями.
Зимой 1944 года «Ахилл» (оперативный псевдоним Адамса) узнает, что один из друзей его агента «Эскулапа» работает в секретной лаборатории, которая занимается разработкой атомной бомбы.
Будь на месте Адамса другой человек, возможно, он и не обратил бы внимание на эту информацию. Ведь в США об этих исследованиях практически никто не знал, да и из Центра недавно пришел приказ: «Не отвлекаться по прочим, хотя и соблазнительным возможностям…»
И все-таки Адамс отвлекся. Будучи опытным, высококвалифицированным инженером, он сразу понял важность этого сообщения.
Срочно встретился с резидентом военной разведки в Нью-Йорке Павлом Меклишевым и доложил информацию.
На следующий день Центр получил радиограмму от Ахилла: США ведут активные работы по созданию атомной бомбы. Далее Адамс предлагает привлечь к сотрудничеству старого знакомого «Эскулапа», ученого-физика Мартина Кэмпа. Тем более, что американец уже согласился на первую встречу.
Эта встреча состоялась. А вот чтобы встретиться еще раз, надо было получить разрешение в НКВД. А оттуда, по сути, пришел отказ. Начальник Первого управления ответил, что «Мартин Кэмп является объектом нашей разработки».
В этих условиях Центру ничего не оставалось другого, как запретить встречу и контакты с Кэмпом прекратить.
Однако было поздно. Не дождавшись ответа, Адамс выехал на встречу. Кэмп вручил ему увесистый портфель, попросил утром вернуть. В портфеле оказалось около тысячи листов документов. Все их надо было перефотографировать за одну ночь.
С этой невероятно трудной задачей «Ахилл», тем не менее справился. Утром портфель был возвращен ученому.
«Мой источник, — писал Артур Адамс начальнику Разведу-правления, — специалист высокой квалификации. Сначала нужно в срочном порядке, а не в порядке очередности, ознакомиться с посылаемым мною материалом.
Это огромная работа. Это только начало. Я буду несколько раз получать от него материал. В первой оказии 1000 страниц. Материал совершенно секретный».
Документы передали в Комиссариат химической промышленности СССР. Ответ был таков: «По отзыву Народного Комиссариата химической промышленности СССР, все вышеуказанные материалы представляют исключительную ценность».
Следующая встреча «Ахилла» с Кэмпом была не менее продуктивной. Источник вручил военному разведчику более двух тысяч страниц секретных документов по ядерному проекту. Вместе с материалами были переданы и образцы урана, бериллия и флакон тяжелой воды.
Были еще и последующие встречи — в мае, июне, августе. Кэмп передал еще почти полторы тысячи листов документов. Однако встреча, запланированная на сентябрь, не состоялась. Ученый не вышел в указанное место.
Только через несколько месяцев Артуру Адамсу удалось узнать, что Мартин Кэмп тяжело болен. Его свалил какой-то неизвестный медицине недуг. Судя по всему, это была лучевая болезнь.
…В ноябре 1944 года «Ахилл» попал в поле зрения контрразведки. После встречи на конспиративной квартире с Павлом Ме-клишевым Адамс заметил за собой слежку. За его автомобилем неотступно следовала какая-то машина. «Ахилл» понял: за ним ведется наблюдение.
Так повторилось на следующий день, и через день, два, неделю, месяц. Адамс прервал все контакты со своими агентами. Однако жить приходилось в постоянном страхе — арестовать могли в любой момент. Но, видимо, у фэбээровцев было недостаточно доказательств.
По выводу Ахилла из США Центр совместно с резидентурой разработали целую спецоперацию. Адамсу удалось ускользнуть из-под бдительного ока фэбээровцев.
В 1946 году Артур Александрович Адамс после длительной командировки вернулся в Москву.
