Но она неожиданно увернулась.
Обиженный, недоумевающий, он выпрямился и, глядя на ее застывший затылок, уточнил:
- Родная, что такое? Я в чем-то провинился?
Последнее попытался сказать легко и шутливо, но вышло, кажется, плохо. Инга не хуже него знала, как он боялся ее обидеть, потому что страшился потерять буквально до трясучки…
- Нам поговорить надо, Яш.
Голос - сухой и отстраненный, начисто лишенный привычной ласки и мягкости.
- Ого, как все серьезно… значит, все-таки провинился, - снова попытался пошутить.
- Все и в самом деле серьезно.
Ее тон ясно подтверждал сказанные ею слова. Он отошел, нашел на ощупь стул у другого конца стола и, не отрывая глаз от ее лица, сел.
- Ну говори.
Она твердо взглянула ему в глаза и, словно топором по голове приложив, выдала:
- Я уезжаю, Яш. Мне предложили контракт за границей.
Он моргнул, словно оглушенный, дезориентированный…
- Ладно… - наконец нашел сил выдохнуть. - Давай обсудим это…
- А нечего обсуждать. Я уже все решила. Для меня важно состояться, как модель, и это шанс, который я упустить не могу.
Он непонимающе уставился на нее, не веря собственным ушам.
- Решила все… без меня?..
Она отвела глаза в сторону, потом вновь взглянула на него: с сожалением, но пугающе твердо…
- Я думаю, Яш, нам пока все равно лучше было бы пожить отдельно… Это время, что меня не будет, даст нам возможность подумать, переоценить наши чувства и отношения…
Ему нечего было переоценивать, не о чем было думать. Он ни дня не сомневался в том, что ему нужна она, нужен этот брак…
Господи, да он же ею одной только и жил!
Но у нее, похоже, все было не так.
И все, что ему осталось после того страшного утра - это просто ждать и надеяться.
И он… ждал.
Днями… Месяцами… Годами.
И никогда не переставал ждать.
- Уйди…
На это единственное слово ушли последние силы. Господи, да был ли предел этой боли, этому разочарованию, этому разрывающему изнутри на части чувству?..
Думалось - больнее уже некуда. Казалось - ничего страшнее, чем тот факт, что мой муж был женат на другой и лгал годами, уже не произойдет. Верилось - где-то в глубине души, что всему есть приемлемое объяснение…
А вместо этого - только решительный, добивающий удар. Признание, что я в его жизни была лишь временной, удобной заменой той, кого Яков, видимо, возвел в ранг богини.
Внутри все заныло от мысли: да что он вообще в ней нашел? Да, красивая. Бесспорно эффектная. Весьма ухоженная…
Но что она дала ему, кроме боли? Кроме возможности пользоваться своим красивым модельным телом?.. И то не навсегда…
А я…
Я отдала абсолютно все. Но для него это абсолютно ничего не значило. Мы с Ромой - ничего не значили.
- Карин…
Яков протянул ко мне руки в каком-то беспомощном жесте, словно и сам до конца не знал, что именно хочет сделать. Утешить? Получить утешение?..
- Уйди, - повторила глухо.
- Ты же не дослушала…
- И слушать больше не хочу. Не сейчас. Уйди, бога ради!
Он немного помялся на месте, явно сомневаясь в том, как именно стоит сейчас поступить, но в итоге все же негромко проговорил:
- Я в соседней комнате посплю.
Я порывисто отвернулась от него, давая понять, что разговор на этом окончен. Он еще какое-то время простоял на месте, словно ожидал, что я одумаюсь, позову, но в конце концов вышел, тихо притворив за собой дверь.
И эта тишина была страшнее крика.
Утром мы с Яковом разминулись. И это, наверно, было к лучшему.
Я встала в обычное время, чтобы отвести сына в садик, хотя работать в этот день не собиралась.
Едва открыла по будильнику глаза - как все случившееся накануне навалилось на душу удушающим снежным комом. На миг даже возникла паника от непонимания, что дальше делать, как жить, куда бежать, где искать помощи…
Глядя в белоснежный потолок, я даже не пыталась справиться с текущими по лицу слезами. Все, на чем сосредоточилась в этот миг - это на попытках просто дышать. Хватать ртом стремительно иссекающий в легких воздух и мысленно убеждать себя, что я все это переживу…
Не знаю, как, но переживу…
До боли сжав руками голову, словно пытаясь раздавить таким образом все пугающие мысли, атаковавшие сознание, я заставила себя встать.
Шаркающим, безвольным шагом прошла на кухню, обвела ее взглядом…
В горле встал непрошеный ком. С какой же любовью, с каким вниманием я обустраивала здесь каждый уголок! Как придирчиво выбирала шкафчики, технику, даже самую мелкую фурнитуру, стремясь к картинке идеальной жизни, о которой мечтала…
И чем все обернулось в итоге?.. Картинка так и осталась идеальной, но мне на ней места больше не было.
- Доброе утро…
Лениво позевывая, сын прошел в кухню, недовольно поморщился, посмотрев в окно…
- Мам, может, сегодня в садик не пойдем? Я буду себя хорошо вести…
Я тоже взглянула на то, что творилось на улице: снег шел вперемешку с дождем, укрывая улицы мокрой колючей пеленой, и от одного только этого вида становилось невольно холодно даже в теплой, уютной квартире…
Которая нам больше не принадлежала.
Я сделала глубокий вдох, заставив себя собраться ради сына, и, с улыбкой повернувшись к нему, ответила:
- Придется пойти. У меня сегодня много важных дел.
- Ой!
