— Не забывайте также, — продолжала она, все больше увлекаясь, — это исторический памятник архитектуры. Беседки и башни были в то время особенностью каждого знатного дома восемнадцатого века, средством демонстрировать богатство и утонченность. Примером тому может служить башня Старбро.
После нее слово взял Юэн. Он тоже выступил против строительства:
— Эта стройка — пример ползучего разрушения жизненно важного — нашего древнего наследия. Часть за частью мы пожираем наши бесценные леса. Если начнем нарушать места обитания бабочек vonessa и atalanta, то потеряем их, причем навсегда.
Когда он договорил и аплодисменты стихли, Роберт начал обсуждение, а позже подвел итоги:
— Вряд ли архитектурное управление позволит срубить лес и застроить участок, но мы не можем полагаться на теории. Предлагаю полностью отвергнуть и план застройки, и снос башни. Но и Фаррел не будет сидеть и смотреть. Он станет бороться, зная, что, если снести башню, создаст прецедент.
Предложение Роберта приняли с энтузиазмом, после чего тот согласился написать и отослать официальное письмо.
— Вас подвезти, Юэн? — спросил Роберт, когда они шли к машине.
— Спасибо, — кивнул Юэн и вместе с Джуд сел сзади.
Джуд остро ощущала его присутствие.
— Это жизненный аспект обороны, — превозносил Роберт выступление Юэна. — Возможно, я проконсультируюсь с вами, когда буду писать эту часть.
— Разумеется, — согласился Юэн.
— Не согласитесь ли прийти завтра на ужин? Мы можем набросать план. Я не слишком разбираюсь в «пчелиных орхидеях» и в других представителях фауны и флоры.
— Если хотите, могу заглянуть завтра днем, но вечером, боюсь, у меня дела. Видите ли, Джуд, я пригласил Дарси, Саммер и Клер. Саммер упросила меня разрешить ей переночевать в кибитке. И Клер храбро согласилась позаимствовать мою палатку.
— О, это, должно быть, весело, — пробормотала Джуд.
Сестра ничего не сказала, когда они сегодня разговаривали по телефону, и она вновь ощутила себя исключенной из их круга.
Юэн, вероятно, почувствовал это.
— Моя палатка на двоих. Хотите присоединиться?
— Спасибо, — выпалила она, но тут же пожалела.
«Вдруг он не хочет меня видеть? Вероятно, мне следует отказаться». «Я не слишком привыкла к палаткам», — следовало ей сказать.
Но Юэн обрадовался.
— Чудесно! Сделаем барбекю! — воскликнул он. — Сестра с мужем скорее всего тоже освободятся.
Джуд твердила себе, что это всего лишь детские приключения, но почему-то не могла уснуть. И Клер вела себя странно. Должно быть, считала, что Джуд навязывается Юэну.
Джуд решила оставаться в стороне.
«Абсурд… ведь всего пару недель назад я порвала с Каспаром из-за преданности Марку, почему же мне так не нравится интерес Клер к Юэну?!»
Все вернулось с новой силой… То, что она так сильно старалась забыть. То, на что намекала Клер, утверждая, будто Марк неидеален. Много лет Джуд душила в себе эту мысль, уверенная, что так лучше, нужно забыть, если она хочет удержать Марка. И конечно, когда Марк умер, она постаралась все забыть — это было частью процесса его канонизации. Но теперь словно сняла крышку с кипящего котелка, и водворить ее обратно не могла.
Их отец умер почти восемь лет назад, в октябре 2001-го, как раз после их с Марком помолвки. Отцу был шестьдесят один год, матери — пятьдесят четыре. Марк и Джуд собирались пожениться в июле следующего года, и все уик-энды проводили у Валери. Клер тоже часто бросала работу, чтобы побыть с матерью. Неизвестно, как чувствовал себя Марк в доме, полном плачущих женщин, но он был слишком участлив и тактичен, чтобы выражать свое отношение вслух. Правда, пользовался каждой возможностью, чтобы выбраться из дома в супермаркет, залить бензин в бак машины Валери, съездить в химчистку и выполнить сотни разных поручений. Все это раньше лежало на плечах многострадального мужа Валери, а теперь та не имела ни энергии, ни желания заниматься чем бы то ни было.
Клер пыталась помочь: стирала, гладила, причесывала мать, накладывала макияж, но в награду получала упреки и оскорбления.
— Занялась бы ею сама, — стонала Клер и удалялась в спальню с картами таро и коробкой бумажных салфеток.
С Джуд мать вела себя чуть лучше, но та оставалась спокойной. Время от времени ей бросалось в глаза, что Марк умеет обращаться с Клер. Подшучивал над ней как брат, иногда легонько приобнимал за плечи. Видимо, сказывался опыт общения с младшей сестрой Кэтрин. Джуд ценила его коммуникабельность и внимание к людям. Потому и не обращала внимания на взаимоотношения между мужем и сестрой.
Но теперь у нее словно шоры упали с глаз. Ей представилась картина, которую она все это время старалась отсечь от сознания.
Она и Валери поехали к бабушке на целый день, но на середине пути Валери вдруг спохватилась, что забыла сумочку, и настояла, чтобы Джуд развернула машину и поехала обратно. Джуд разозлилась: неужели мать не сможет несколько часов обойтись без сумочки?
