«Во многих тантрических сочинениях говорится о многочисленных местах скопления силы, расположенных на этой планете — магических местах, где пересекаются поля золотоносных энергий различных измерений и разные реальности накладываются друг на друга. Это мистические местности, и переживания посетивших их зависят от уровня духовной и кармической зрелости паломника. Тантрическая традиция Херука Чакрасамвара, к примеру, указывает двадцать четыре таких местностей в Индии».

К зонам с повышенной энеогетикой могут быть отнесены горы, ущелья, пещеры, подземные пустоты, провалы (в том числе и заполненные водой), естественные озера и реки, однородные пласты горных пород, руд и т. п. Следует также иметь в виду и направленность магнитного поля Земли в его соотношении с другими физическими полями планеты, Солнечной системы и всего галактического и окологалактического пространства.

Исходя из всего вышесказанного, можно с полным основанием утверждать: Шамбала — это живой голос Космоса, физически материализованный через энергетические структуры Земли.

Данная моя концепция имеет по крайней мере три принципиальных следствия:

1. Шамбала — не одна, Шамбал — много.

2. Они располагаются в разных точках Земли.

3. Большая их часть находится под землей.

Эти выводы вполне сопрягаются, к примеру, с фактурой ряда бажовских сказов, действие которых развертывается на Урале, но мифологическое содержание является общезначимым и для других регионов. Включая Русский Север. Поэтому ответ на вопрос: «Была ли подобная ноосферная Шамбала на Урале? (Или на Мурмане? Ямале? Таймыре? Чукотке? Камчатке? И т. д. и т. п.)» — может быть только положительным: «Безусловно, была, есть и будет! Причем не одна, а превеликое множество!» А на такой, скажем, вопрос: «А можно ли Хозяйку Медной горы считать охранительницей такой Шамбалы?» также не может быть иного, чем положительного ответа. Более того, с научной точки зрения не придумать иного объяснения данного космотеллурического феномена, кроме как понимания его в плане визуализации ноосферного энергоинформационного поля Земли. Сказанное, по-видимому, можно отнести и к ряду других мифологических персонажей.

<p>Эпилог</p><p>Тайна остается на Севере</p>О Север, Север-чародей,Иль я тобою околдован?Иль в самом деле я прикованК гранитной полосе твоей?Федор ТЮТЧЕВ

Впервые мы встретились с ним в августе 1997 года в том самом месте, откуда ровно 75 лет назад Барченко и Кондиайн всматривались через бинокль в заповедный противоположный берег священного Сейдозера. Вряд ли они были тогда иными, нежели теперь. Разве что раньше здесь стояли лопарские вежи, а теперь осталась лишь заброшенная рыбацкая избушка. Последнее время профессиональный инструктор по горному туризму Александр Гурвиц бывает здесь не менее двух раз в году: летом — как все туристы, зимой — на лыжах. Он ищет Северную Шамбалу! Как истинный искатель приключений бородатый поисковик немножко темнит, немножко блефует, старается как можно больше выведать у других, сам же не договаривает о главном, не долюбливая конкурентов и свято веря, что именно ему — а не кому бы там ни было — рано или поздно улыбнется счастье.

Дней через десять в глубине безлюдного горного массива (примерно в том направлении, куда мы смотрим) Гурвиц столкнется со «снежным человеком» — не так, чтобы нос к носу, но так, что совершенно отчетливо было видно убегавшее по снегу заросшее шерстью человекообразное существо. (Кстати, по убеждению жителей Гималай и Тибета именно «снежный человек» является главным и самым надежным стражем Шамбалы). Что касается Гипербореи, то ее контуры пригрезились Саше Гурвицу и его спутнику — гляциологу Мише Хоменюку там же, в глубинах Ловозёрских гор, где точно на другой планете затерялось волшебное циркообразное озеро Райявр (рис. 170; фото А. Гурвица). Почти что лунный или марсианский пейзаж! Но нашим искателям Шамбалы привиделся в нем древний карьер техногенного происхождения. А где же те, кто когда-то, быть может, добывал здесь редкоземельные руды? Остались хоть какие-то признаки их былой деятельности? Пока что никаких.

Перейти на страницу:

Похожие книги