Дорогой доктор Эверсли!
Мне было приятно получить Ваше письмо и узнать об успешном строительстве нового здания на месте Младенческого замка. Я очень обрадована, что деньги, собранные в результате моей благотворительной кампании «Лучшая жизнь для детей из колонии Хит», пошли на столь благое дело. Я в долгу перед моей дорогой подругой Софи и ее новым мужем лордом Мэттьюзом, сделавшими очень много для информирования общественности и поддержки проекта. Ваше описание того, насколько продуманным и удобным будет новое здание, впечатляет.
Еще больше меня порадовало известие о расширении программы по кетогенной диете и планах принять на полную ставку квалифицированную медсестру, которая будет помогать в осуществлении программы. Как вы знаете, мы строго следуем диете, предписанной нашей дорогой Мейбл, и ее состояние продолжает улучшаться. Припадки ее не беспокоят. Говорит она гораздо больше и обожает играть с младшим братишкой. Боюсь, скоро он опередит ее в развитии, поскольку малыш очень смышленый и все быстро схватывает. Впрочем, это я так. Главное, что каждый день Мейбл делает шаг вперед.
И наконец, должна поздравить Вас, мой дорогой доктор Эверсли, с Вашей новой должностью главного консультанта по детской эпилепсии в Лондонской королевской больнице. Вы вполне заслуживаете столь престижную должность.
Теперь о вопросе, который мы обсуждали во время нашей последней встречи. Я всесторонне его обдумала и надеюсь, что моя дорогая сестра с ее связями в газетном мире поможет мне опубликовать серию очерков и они изменят в лучшую сторону отношение общества к эпилептикам и тем, кого называют слабоумными. Помимо моей благотворительной работы я буду рада и впредь сотрудничать с Вами, делая все, чтобы кетогенная диета, меняющая жизнь больных эпилепсией, становилась широко известной и более доступной.
Итак, до встречи в следующем месяце.
Искренне Ваша,
Элинор ХэмилтонИз коридора слышится неистовый лай, сопровождаемый царапанием пола. Должно быть, Байрон услышал машину, возвращающуюся со станции.
Так оно и есть. Эдвард сидит за рулем «санбима». За его спиной, на заднем сиденье, едва виднеются головы Роуз и Марселя.
– Мама! Мама! – кричит бегущая к ней Мейбл. – Папа приехал!
– Папа приехал! – вторит сестре Джимми.
Улыбаясь, она берет детей за руки, и они втроем бегут встречать машину, остановившуюся перед домом.
После дневной тишины дом наполняется какофонией звуков. Хлопают двери, слышатся восклицания «Привет всем!», «Как приятно вернуться домой!» и «Роуз, осторожнее!». Байрон повизгивает и шумно дышит, дети смеются. Марсель помогает Роуз выйти из автомобиля. Она на седьмом месяце, и живот уже выпирает из-под платья. Вид у нее радостный и счастливый.
Улыбающийся Эдвард подходит к Элинор, обнимает ее и детей. Она вдыхает его знакомый древесный запах, чувствует его сильные руки на своей талии и знает: что бы ни случилось в неустойчивом внешнем мире, здесь, в этом маленьком его уголке она окружена семьей. И это все, что ей необходимо для ощущения счастья и безопасности.
<p>Послесловие автора</p>
