Тайное место полностью

Джулия решает, что хватит его дразнить. Укладывается на траву рядом с ним, откручивает крышечку бутылки.

– Мы слышали, – рассказывает она, – что эта монахиня трахалась чуть ли не с половиной священников из Колма, а потом один парень узнал про это и заложил ее отцу-настоятелю. И тот на пару с матушкой-настоятельницей удавил ее, а тело спрятали где-то в парке, никто не знает где, и она преследует учеников обеих школ, ждет, когда ее тело будет нормально захоронено. А когда кого-нибудь настигает, то думает, что это тот, кто ее заложил, и пытается его задушить, и несчастный сходит с ума. Похоже на байки, которые вам впаривали?

– Э-э, ну да. Более или менее.

– Видишь, я тебе еще и время сэкономила. Значит, я заслужила вот это. – Джулия делает глоток из бутылки. На этот раз вполне нормально на вкус. Кажется, с ромом все-таки не будет проблем.

Финн тоже тянется за бутылкой. Его пальцы касаются ее руки, нежно, ласково, скользят к запястью.

– Но-но! – Джулия решительно сует ему бутылку, не обращая внимания на странное ощущение где-то в животе.

Финн отдергивает руку.

– И почему нет? – спрашивает он, не глядя на Джулию.

– Покурить есть? – спрашивает она.

Финн приподнимается на локте, оглядывает школьный газон; где-то вдалеке раздается пронзительный визг, а следом хихиканье, но никаких признаков злобной монашки. Он выуживает из кармана сильно помятую пачку “Мальборо”. Джулия прикуривает – уверена, что выглядит опытной в этом деле – и возвращает зажигалку.

– Ну и?..

– Ничего личного, – спокойно отвечает Джулия. – Честное слово. Просто у меня никогда ничего не будет ни с одним из парней Колма. Независимо от того, что ты мог слышать. (Финн изображает равнодушие, но, судя по дернувшемуся веку, слышал он достаточно.) Именно. Так что если хочешь вернуться на дискотеку и подыскать девчонку, которая не прочь провести вечерок с тобой в обнимку, не смущайся. Обещаю не плакать.

Она действительно искренне ожидала, что он уйдет. Там, в школе, найдется по меньшей мере пара дюжин девчонок, которые готовы драться за шанс ощутить язык Финна Кэрролла у себя во рту, и большинство из них, откровенно говоря, симпатичнее Джулии. Но Финн почему-то пожимает плечами и спокойно закуривает.

– Я же тут.

– Я серьезно.

– Я знаю.

– Что ж, твои проблемы. – Джулия плюхается обратно на сырую траву, приятно холодящую затылок, выпускает облачко дыма. Ром уже действует, руки становятся гибкими и послушными. И вообще, возможно, она прежде недооценивала Финна Кэрролла.

– Итак, призрак монахини. – Финн прикладывается к бутылке. – Ты веришь в такое?

– Да. Кое во что, – соглашается Джулия. – Может, не в призрак монахини – спорим, эту историю выдумали учителя, чтобы мы не пробирались ночами в парк, – но вообще во всякую мистику. А ты?

– Не знаю. Ну, в смысле, нет, конечно, потому что нет никаких научных доказательств этой фигни, но вообще-то думаю, что я не прав. Понимаешь?

– Еще рому, – Джулия протягивает руку за бутылкой, – мне нужно выпить, чтобы въехать в такое.

– Ладно, смотри: исторически люди всегда думали, что уж они-то наконец-то всё поняли. В эпоху Возрождения они были уверены, что познали устройство Вселенной, пока не пришли следующие поколения толковых ребят и не доказали, что раньше не учитывались сотни важных вещей. И уже эти парни были убеждены, что разобрались во всем, пока не появились очередные умники, которые продемонстрировали, в чем те ошибаются.

Финн смотрит на Джулию, не смеется ли она над ним и слушает ли вообще. Она не смеется, а слушает внимательно.

– Так что очень маловероятно, чисто математически, что мы живем в ту самую эпоху, когда получены окончательные ответы на все вопросы. То есть существует приличная вероятность, что мы не можем объяснить существование призраков и прочего, потому что пока не умеем, а не потому что их нет. И с нашей стороны довольно самонадеянно думать иначе.

Финн глубоко затягивается и, прищурившись, разглядывает облачко дыма как нечто таинственное. Даже в лунном свете Джулия видит, как раскраснелись его щеки.

– Ладно, – говорит он наконец. – Это, наверное, звучит как полный бред. Можешь теперь предложить мне заткнуться.

Джулия замечает в себе нечто, чему прежде просто не позволяла проявиться сквозь бесконечные хочу ли я его хочет ли он меня если он попытается позволить или нет и как много можно ему позволить. Ей действительно нравится Финн.

– Вообще-то, знаешь, это, по-моему, одна из самых разумных мыслей из всего, что я слышала за много лет.

– Правда? – Он недоверчиво косится на нее.

Джулии невыносимо хочется продемонстрировать ему тайные силы. Вытянуть руку, заставить бутылку из-под “Люкозейда” медленно взмыть в воздух. Перевернуть, создать из янтарных капель рома крохотную спиральную галактику на фоне звездного неба. Увидеть, как лицо его озарит чистая детская радость. От мысли о том, что может произойти, мурашки пробежали по спине.

– Знаешь, я никогда никому не рассказывала…

Финн развернулся к ней, слушая очень внимательно.