Этот не совсем правильной формы "мост", состоящий из десятков до сих пор населенных полинезийцами островков и атоллов, расположенных восточнее населенных "темнокожими людьми" меланезийских архипелагов, естественно, заставляет нас размышлять о том, не являются ли нынешние жители цепи малых островков Меланезия потомками тех, кто в древности совершал странствия в поисках Земли обетованной?
Быть может, перед нами живое доказательство давнего переселения будущих властителей Южных морей?
Один из известнейших исследователей прошлого Океании, профессор Хэддон, называет этот мост из полинезийских островков "соединительным путем в северо-восточной Меланезии". По мнению ряда ученых, по этому "мосту" будущие полинезийцы постепенно все-таки добрались до границ "треугольника" и только потом открыли и стали заселять первые архипелаги внутри него.
Выходит, будущие властители "треугольника" добирались до своего рая, перескакивая с острова на остров, точно так же, как несколькими тысячелетиями позже, во времена второй мировой войны, сначала японские, а затем, когда симпатии бога Марса переменились, - союзнические войска.
В интересах научной беспристрастности следует упомянуть и о том, что часть исследователей выдвигает другую гипотезу. Они полагают, что эти "полинезийские территории" в Меланезии, лежащие на "соединительном пути", были заселены позднее, уже после того, как был обжит весь "треугольник"; совершая большие и малые экспедиции, полинезийцы постепенно заселяли до тех пор еще никем не освоенные островные земли Тихого океана.
Как предполагаемую прародину этих "полинезийцев Meланезии" называют, например, архипелаг Тувалу (или Лагунные острова). Окончательное решение спора о происхождении жителей этих "заморских территорий", очевидно, когда-нибудь в будущем выскажут лингвисты, знатоки полинезийских языков и их истории[125].
Но каково бы ни было наше последнее суждение, необходимо еще раз подчеркнуть, что этот длинный мост островков в Меланезии, на каждом из которых вдали от границ "треугольника" живут полинезийцы, настолько "бросается в глаза", что трудно не видеть в нем следы того великого пути, той великой трассы, которая некогда привела будущих "властителей рая" с их прародины в сердце Тихого океана.
А теперь, когда мы познакомились и с "полинезийцами вне Полинезии", необходимо снова, но с еще большей настоятельностью повторить вопросы, заданные еще во вступительной части этой главы. Вопросы, которые мы могли бы кратко сформулировать так: откуда, куда и, как ни странно, кто?
Почему возникает последний вопрос? Ведь с самого начала мы говорим только о полинезийцах. Но кто они, собственно, эти полинезийцы? Да, кто они? Как выглядят? И главное - так ли они выглядели и прежде, как сейчас? Так ли говорили, как сейчас, и несколько тысячелетий назад, на своей древней прародине, в начале или еще до начала своего достопамятного странствия?
Когда анонимный полинезийский автор величественного песнопения "О началах во тьме ночи" - гавайского эпоса "Кумулипо" - в последнем стихе восьмой части подойдет к тому моменту, когда на нашей планете появится первый обитатель, он воскликнет:
- О канака ле ле вала, о канака леи, уа а о... ("Наконец явился человек, наконец настал свет").
Итак, человек, с которым вступает в островной мир Тихого океана свет, сияние, и есть полинезиец. Как он выглядит? Полинезийцы преимущественно высокого роста, хорошо сложены. Мускулисты. Но встречаются среди них и довольно полные люди. Древнейшие полинезийцы - в отличие от современных, о чем однозначно свидетельствует множество археологических находок, - имели длинные головы (то есть были долихокефалами). Лица у полинезийцев иногда скуластые, нос продолговатый, порой даже довольно длинный. Ноздри тоже довольно крупные. Глаза глубоко посажены, в некоторых случаях с намеком на то, что неспециалисты считают главным признаком принадлежности к монголоидной расе, - с легкой "косинкой" (так называемый "эпикантусом"). Что еще заметит наблюдатель с первого взгляда? Наверняка, цвет кожи и волос. Кожа у полинезийцев по преимуществу желтовато-коричневая. Порой же, например у маори в Новой Зеландии, золотистая или, к примеру на Мангареве, наоборот, темно-коричневая. Волосы у полинезийцев черные.
Первым европейцам, посетившим острова Полинезии, их жители очень понравились. Путешественники не раз воспевали прелесть полинезийских женщин и благородную мужественность полинезийских воинов и сановников. Такие представление об исключительной привлекательности и стройности "чистокровных" полинезийцев живо и поныне. Впрочем, необходимо отметить, что, разумеется, никакого универсального, "абсолютно чистого" полинезийского типа, "полинезийской расы", вообще не существует. Как не существует и никакой иной "чистой расы".
