И вот теперь он сидел перед озадаченным Зарубиным. Складывалось такое ощущение, что этот Геннадий Семенович с Игорем никогда не встречался. К тому же Ермилов в данной ситуации был, по всей видимости, главнее.
— Мы, вас, давно ждали, — проговорил "полковник", — как там в Красноярске?
Вопрос прозвучал неожиданно и Игорь чуть не вздрогнул, но удержался, понимая что, увидев не ту реакцию Зарубин, сочтет, что он немецкий шпион, внедренный в подполья с целью развалить его изнутри. Одно было ясно, что двойник, застреленный в районе завода Михельсона (или может он тут по-другому называется), прибыл в Москву именно из этого города. Выходило по всем раскладам, что сдав немцам столицу, русские ушли за Урал. Интересно, в каком году это произошло? Но как бы то ни было, пришлось отделаться общими фразами: Там все нормально, собираем силы для возврата земель, правительство на вас надеется. Любопытно, а кто там у власти? Ермилов чувствовал, что на эти вопросы он скоро самолично получит ответы, и вполне вероятно, не в Москве, а там в Красноярске. Но для этого в любом случае придется на какое-то время задержаться в бывшей столице Советского Союза. Хотя бы для того, чтобы получше узнать, что же здесь происходило?
— Мне бы где-нибудь вздремнуть выспаться, — произнес Игорь.
— Ах, да. Понимаю. Сейчас что-нибудь сообразим. Пуховую перину не обещаю…
— Для меня сойдет и обыкновенная лавка, лишь бы можно было прилечь.
— Ну, лавки у меня нет, а вот раскладушка — найдется.
Пока Зарубин возился с постелью, Игорек оглядел комнату. Небольшая уютная. Даже можно сказать — спартанская. Единственный недостаток, отметил Ермилов, отсутствие библиотеки.
— Не пойму, что вас потянуло по городу-то кататься. Нужно было сразу на место встречи ехать…
Ермилов взглянул на "полковника", эх знать бы, где у его близнеца была назначена встреча с подпольщиками. Вполне возможно, как раз в том месте где того убили гестаповцы. Ох, как они, наверное, сейчас локти кусают, разглядывая на фото и видео снимках живого разведчика Советов.
— А может у вас есть что почитать?
— Только немецкая пресса, но они обычно лож пишут. О подполье умалчивают. О концентрационных лагерях, что разбросаны по всей Европе…
— Подойдет, — перебил его Игорь.
Читать газеты на немецком языке, когда практики не было тяжеловато, но другого варианта ведь все равно не было. Вот если бы газеты на французском… Но Наполеону в отличии от Гитлера в тысяча восемьсот двенадцатом так сильно не повезло. Он хоть и занял Москву, но продержаться в ней не смог. Если бы не Кутузов.
— Кутузов, — проговорил Игорь вслух.
— Что? — переспросил полковник.
— Да так, задумался. Ну, где ваши газеты.
Геннадий подошел к тумбочке и извлек из верхнего ящичку пару номеров. Это была "Дойчецайтунг". Игорь даже не удивился. А другого, признаться, он и не ожидал.
В общем-то, ничего интересного, как и предполагал Ермилов он и не обнаружил. Немцы, как и говорил Зарубин, о подполье и партизанских отрядах обитавших на их территория предпочитали помалкивать, стараясь, таким образом, не нервировать местных обывателей.
Наконец Зарубин подготовил раскладушку и доложил, что все готово.
— Завтра отправимся на встречу с товарищами, — проговорил он, уходя из комнаты.
"Интересно, а что я им скажу? — Подумал Игорь. — Ладно, пока есть время, обдумаю. В противном случае… а может словами Ленина, теми самыми, что говорил он на митинге? Весь вопрос подойдут ли они?"
