Юрий РОСЦИУС
ТАИНСТВЕННЫЙ ПЕРСТЕНЬ
День каждый, каждую годину
Привык я думой провожать,
Грядущей смерти годовщину
Меж них стараясь угадать...
А.С.Пушкин
Жизнь динамична. Старая, еще сегодня непреложная истина завтра может оказаться отверженной и забытой, а суеверие и предрассудок недавнего прошлого воссияют светом непререкаемой мудрости и поразят непонятным истоком древнего тайного знания. Предлагаемая работа - попытка объяснить ряд странных моментов из жизни А.С. Пушкина и установить меж ними причинные связи. Отнюдь не утверждаю, что все было именно так, однако так могло быть. Что же касается самих исходных фактов, то сомневаться в их достоверности нет оснований.
Итак, начнем!
Кому неведом прекрасный портрет Пушкина кисти известного русского живописца В.А.Тропинина, написанный за 10 лет до трагической гибели поэта? Тропинин, по совету друзей поэта, изобразил его в домашнем халате, ворот рубашки охвачен шейным платком, непокорные волосы не стеснены прической.
Таким Пушкин был дома, когда работал.
И вряд ли кому бросится в глаза массивный золотой перстень на большом пальце правой руки Пушкина, украшенный изумрудом со слегка скругленными углами и чуть выпуклой лицевой поверхностью. Однако именно он был предметом особого внимания и любви поэта, с ним связаны разного рода загадки, не решенные и поныне. Именно его Пушкин именовал "талисманом", скучал без него, о чем как-то писал брату в письме.
Еще менее известно, что некогда существовал исполненный рукой Пушкина в характерной для него манере рисунок, изображавший "двух поединщиков", внизу знакомым почерком начертано: "Смерть Пушкина"... Владельцем этого поразительного по прозорливости рисунка был В.А.Дуров, отставной ротмистр, городничий Сарапула и Елабуги, состоявший с Пушкиным в переписке по поводу мемуаров своей сестры, знаменитой "кавалерист-девицы" Надежды Дуровой,сообщает в книге "Пушкин и его окружение" Л.А.Черейский. На этом, кажется, следы нашего рисунка и теряются.
Приведу еще несколько фактов.
Друг поэта А.Н.Вульф (см. "Рассказы о Пушкине, записанные М.И.Семевским") свидетельствует: "Известно, что Пушкин был очень суеверен..." То же самое утверждали и другие современники. Известно также, что весть о кончине императора Александра дошла до села Михайловского, где отбывал свою вторую ссылку Пушкин, около 10 декабря 1825 года. Рассчитывая, что смерть императора может ослабить жесткую слежку, поэт собрался в Петербург - ему давно и страстно хотелось увидеться с друзьями.
Но дабы избежать нежелательных осложнений, остановиться решил в квартире у Рылеева, который вел жизнь замкнутую и внимания к себе не привлекал.
Приказав слуге готовить повозку, Пушкин поехал в Тригорское попрощаться с соседками. И выскочивший из леса заяц перебежал дорогу! А на обратном пути, как назло,- второй! Раздосадованный Пушкин по возвращении в Михайловское вдобавок узнал, что внезапно заболел слуга, который должен был его сопровождать. Взял другого, но только отъехали от подъезда глядь, в воротах священник, который шел проститься с барином. Еще одна дурная примета! В результате поэт никуда не поехал.
"А вот каковы были бы последствия моей поездки,- добавляет Пушкин.- Я рассчитывал приехать в Петербург вечером, чтобы не огласился слишком скоро мой приезд, и следовательно попал бы к Рылееву прямо на совещание 13-го декабря. Меня приняли бы с восторгом; вероятно, я забыл бы о Вейсгаупте, попал бы с прочими на Сенатскую площадь и не сидел бы теперь с вами..." (Пересказ сообщения из книги М.П.Погодина "Простая речь о мудреных вещах").
Вас не удивило странное упоминание о каком-то Вейсгаупте? Известный ревнитель и знаток русской старины, первый пушкинист, издатель журнала "Русский архив" П.И.Бартенев рассказывал:
"Я как-то раз изъявил свое удивление Пушкину о том, что он отстранился от масонства, в которое был принят, и что он не принадлежал ни к какому тайному обществу. "Это все-таки вследствие предсказания о белой голове,отвечал мне Пушкин.- Разве ты не знаешь, что все филантропические и гуманитарные тайные общества, даже и самое масонство, получили от Адама Вейсгаупта направление, подозрительное и враждебное существующим государственным порядкам? Как же мне было приставать к ним? Вейскопф, Вейсгаупт, одно и то же".
И снова некий таинственный Вейсгаупт! Свет на загадку проливает воспоминание друга Пушкина П.В.Нащокина: в конце 1830 года, живя в Москве, Пушкин, раздосадованный разными мелочными обстоятельствами, выразил желание ехать в Польшу, чтобы там принять участие в войне, - а в неприятельском лагере находился кто-то по имени Вейскопф (белая голова), и Пушкин сказал Нащокину: "Посмотри, сбудется слово немки - он непременно убьет меня!"
Современники Пушкина вспоминают его рассказы о предсказании, сделанном известной в Петербурге гадалкой Александрой Филипповной Киргоф вскоре после того, как он окончил лицей. Нынешние исследователи, к сожалению, склонны эти слова недооценивать. Впрочем, обратимся к документам.
