Гален внезапно очнулся.
— Тише, Гален, тише, — тут же сказала Pea. — Ляг и успокойся. Ты снова в бараках. Драконьи посохи надолго тебя отключили.
Гален не мог спокойно лежать, слишком много мыслей теснилось в его голове. Он с трудом сел, хотя Pea пыталась его удержать.
— Нам надо выбраться отсюда!
— Я с тобой полностью согласна, — резко ответила Pea, — но я не знаю, как. Стража приглядывается к тебе. Но даже если бы стражники ни в чем тебя не подозревали, между тобой и свободой стоят монахи Пир — на всех стенах Сада.
— Ах да, — кивнул Гален, — недремлющее Око Васски, так?
— Никто из Избранных не может укрыться от его взгляда, — прямо сказала Pea.
— Возможно, — улыбнулся Гален. — С другой стороны...
Pea ахнула.
В руке Галена был странный темный шар величиной с яблоко, внутри него время от времени взблескивала пурпурная молния.
— С другой стороны, — сказал Гален, — возможно, Око Васски меня все-таки не увидит.
— Просто не верится! — заявил довольный Лирри, откинувшись на спинку мягкого кресла. — Все получилось, Мимик! Я наконец-то добился всего, чего заслужил!
Мимик как можно почтительнее склонил голову.
— Да, босс. Так и есть.
— Ты только посмотри. — Лирри размашисто взмахнул длинной зеленой рукой. — Разве не удивительно? Ты когда-нибудь мог представить себе такое великолепие? Нет, конечно, не мог — ты же всего лишь техник четвертого класса, в конце концов. Но я мог представить, Мимик, и с трудом верю, что я этого добился.
— Да, хозяин, — ответил Мимик, — все так и есть.
Лирри глубоко вздохнул и поуютнее устроился на мягких подушках. Он знал, что он на голову выше всех, кого когда-либо встречал. Никто из его начальников не смог оценить, насколько он необыкновенный. Лирри видел это в их взглядах, слышал в отрывистых голосах, чувствовал в каждом ударе, который они обрушивали на его голову. Все они были слепцы! А теперь у него имелись доказательства того, какой он необыкновенный. Теперь им придется признать его величие!
Он должен со многими поквитаться. Он держал в уме длинный список недругов и теперь предвкушал, что скоро они получат свое.
Кто мог сравниться с его величием? Никто! Любой гоблин, едва взглянув на великолепие и роскошь, в которых он теперь жил, упал бы на колени от восторга и зависти. Это Лирри тоже предвкушал.
Нынешние апартаменты были отведены ему по приказанию Крупукчукупа, вице-камергера самого Донга Махадж-Мегонга. Они находились на средних уровнях города-крепости Донга Махадж-Мегонга и воплощали собой мечты любого рабочего гоблина во всем королевстве.
Город-крепость был построен титанами давным-давно, перед Последней Войной. Для чего изначально предназначалась крепость, до сих пор оставалось загадкой. Донг Уданг Дибалик Бахтух, основатель королевства, открыл Донг Махадж-Мегонг во время своего марш-броска в горы в конце Последней Войны. Клан гоблинов Донга Уданга голодал и находился на грани бунта, когда они нашли заброшенные здания и сильно поврежденные механизмы. Донг Уданг объявил это открытие чудом, доказательством того, что предки одобряют его правление. Он провозгласил себя императором всех гоблинов и прямым потомком бога-короля Сурги, который был господином всего сущего до того, как пришли титаны и все испортили. Потом Донг Уданг красноречиво описал видение, бесспорно предрекавшее в ближайшем будущем главенство его клана во всем Г'Токе.
Все знали, что Донг Уданг страдает от жестокой лихорадки, и самые циничные гоблины сомневались в истинности его видения. Однако вокруг было полно еды, а в старых зданиях можно было укрыться от бурь, бушевавших повсюду в ту пору. Клан рассудил, что неблагоразумно оспаривать истинность чуда. В те ужасные времена следовать за Донгом Удангом казалось не более опрометчивым, чем следовать за кем-либо другим.
Так родилась легенда.
С тех славных дней каждый правитель клана Донг пытался претворить пророчество в жизнь. Каждому хотелось, чтобы его вспоминали как властителя, которому это удалось. Поэтому каждый новый Донг переименовывал королевство и столицу в честь себя самого в тот самый миг, как его предшественник отдавал концы, покинув этот мир или сам или с небольшой помощью.
Поскольку гоблины не умели читать, переименование не особенно их беспокоило. Достаточно было знать, кто у власти, чтобы знать, как называются сейчас столица и королевство. Вот почему каждому новому правителю требовались и другие способы запечатлеть свой след в истории, чтобы все гоблины знали о его великой роли в судьбе их клана.
И они щеголяли роскошью. Богатство было призвано возвещать о ниспосланной им свыше судьбе. Все мало-мальски стоящее собирали и доставляли Великим Донгам, дабы преумножить их силу и славу.
По апартаментам Лирри это тоже было заметно. Поскольку его комнаты являлись частью королевского дома, любой, кто в них входил, должен был видеть богатство Донга Махадж-Мегонга.