Я киваю, чувствуя, как пересохло во рту. Пытаясь совладать со своим страхом, я делаю глубокий вдох, потом выдох.
— Кто ты? — резко спрашивает монах.
Вопрос кажется мне смешным, и я нервно смеюсь.
— Что значит — «кто я»? Это мой сон, мой кошмар. Тебе бы следовало знать, в чьем сне ты находишься.
Монах удивленно поднимает брови:
— Твой кошмар? Это ты — в моем сне!
Его слова меня удивляют. Я гляжу на него, не зная, что ответить, и он тоже не отрываясь смотрит на меня.
— Знаешь, — наконец говорю я, — а вдруг мы оба снимся сейчас кому-нибудь?
У инквизитора вырывается смешок. Он пытается подавить смех, но напрасно.
Я тоже осторожно смеюсь над своей шуткой.
— Возможно, ты прав. — Монах улыбается и неторопливо садится на камне близ водопада. — Возможно, все мы — только обрывки снов, которые снятся богам-драконам. Раньше мне это никогда не приходило в голову. Скажи, ты раньше видел эту летающую женщину?
С ужасом и надеждой я вижу, что монах указывает на противоположный берег. Крылатая женщина парит в воздухе, разглядывая нас обоих.
— Да... Я часто видел ее — и здесь у водопада, и в других местах, кажется... но где и когда, не помню.
— Интересно... Может, здесь нет никаких «где» и «когда»?
Внезапно монах наклоняется вперед, в его широко распахнутых глазах я вижу отчаяние.
— Пожалуйста, скажи: мы безумны?
Я осторожно делаю шаг назад.
— Судя по твоей мантии, ты — монах инквизиции Пир. Безумие — твоя специальность. Ты видишь то же, что вижу я. Если эти видения делают меня безумцем, то, возможно, мы оба...
Но монах уже отвлекся. Он медленно встает, озабоченно поворачивается на восток и глядит на город... на мой город.
Дым из труб Бенина вьется над крышами спящих домов. Он становится все гуще, пока тьма не скрывает звезды. Дым клубится, становится гуще, превращаясь в гигантского дракона, который кружит над городком. Черные крылья дракона бьют по домам моих друзей, моей семьи, по обиталищам всех, кто мне дорог. С каждым ударом крыльев гаснет еще один огонек. Еще один огонек, еще одна жизнь.
— Прекрати! — кричу я инквизитору.
— Это не я! — отвечает монах, но голос его стал другим — теперь он скрежещет, как голос демона. — В чем дело? Что происходит?
Темная стена леса внезапно озаряется блеском бесчисленных стальных глаз. Демоны с ужасными ухмылками наступают на меня. Монах будто не замечает надвигающейся опасности.
