Большие трубы вели от этого прекрасного помещения к другим комнатам Лирри. Его спальня отличалась почти таким же великолепием, как и гостиная, — то была круглая цистерна с несколькими иллюминаторами, выходящими на нижние уровни города-крепости. Труба поменьше вела из цистерны в комнату слуги, сделанную из огромного клапана, не желавшего из-за ржавчины закрываться, — это обиталище досталось Мимику.
Лирри взял со стола длинную красную полоску мяса и начал со смаком жевать.
— Мимик, ты проверял сегодня Устройство?
— За последний час — нет, хозяин, — ответил Мимик.
С тех пор как их здесь поселили, Лирри требовал, чтобы Мимик называл его хозяином. Он считал, что такое обращение лучше соответствует его новому положению.
— Тогда займись этим, — буркнул Лирри. — Сегодня придут гости, чтобы на него посмотреть. Знатные гости, — добавил он, выгибая брови дугой и прядая кончиками ушей.
— Знатные, хозяин? — повторил Мимик.
— Да, знатные... Хотя где тебе это понять, — сказал Лирри сквозь зевоту.
Он решил, что теперь ему к лицу снисходительность. Учитывая, как быстро он набирал вес в обществе, ему требовалось найти некую приемлемую позицию, с которой он мог бы общаться с менее значительными лицами.
— Я жду их с минуты на минуту и не хочу, чтобы это дурацкое Устройство опять засбоило и испортило все впечатление.
— Да, хозяин, — сказал Мимик с легкой улыбкой. Лирри нахмурился, чувствуя, как бурлящая в нем радость малость поугасла. Ему никогда не нравилась острозубая улыбка его слуги: казалось, за ней прячется что-то еще помимо удовлетворения рабской участью. Но Лирри не мог, как говорила старая поговорка гоблинов, «ткнуть носом» в то, что именно ему не нравится в Мимике. В глубине души Лирри желал, чтобы техник свалился в скважину или чтобы с ним случилось еще что-нибудь в том же духе — тогда будет повод взять нового слугу.
С другой стороны, Лирри знал, что ему никак нельзя терять Мимика. Устройство его не слушалось, и он не мог в нем разобраться. А ведь он был мастером-техником и, несомненно, обладал большими навыками и талантом, чем любой другой техник четвертого класса. Сперва он собирался держать Мимика при себе только до тех пор, пока не изучит секреты Устройства, а после избавиться от жалкого червяка. Но сколько Лирри ни сидел над тикающим механизмом, он так и не понял принципа его работы. Иногда от машины отваливались кусочки, и Мимик вставлял их вовсе не туда, откуда они выпали, но Устройство все равно работало. Лирри даже вынимал из Устройства основные детали, что должно было остановить механизм, и все-таки штуковина работала, стоило Мимику к ней прикоснуться. Но стоило унести машину дальше чем на несколько ярдов от безобразного маленького гоблина, как — бац! — она останавливалась быстрее, чем квадратное колесо на ржавой оси.
Лирри ненавидел Мимика потому, что не мог без него обойтись.
И все-таки Лирри не сомневался в своем моральном, этическом, духовном и интеллектуальном превосходстве. Со временем он разберется в Устройстве не хуже Мимика, и тогда утопит маленького крысенка.
— Хозяин, — тихо заверил Мимик. — Устройство работает превосходно. Вы будете им гордиться.
— Ну конечно, оно работает превосходно, — огрызнулся Лирри и окинул слугу уничижительным взглядом. — Неужели ты никак не можешь держать левое ухо прямо?
— Простите, хозяин, — виновато проговорил Мимик. — Я постараюсь вас не подвести...
Вдруг раздался резкий металлический звук.
— Они здесь! — объявил Лирри — и себе, и Мимику. — Быстрее, открой им!
Мимик поспешил к железному люку, служившему входом. Лирри принял важную позу, приподняв скошенный подбородок; потом поплевал на руки и провел по кончикам ушей, чтобы те встали торчком.
Когда Мимик вернулся, он едва мог говорить.
— Х-хозяин! Позвольте доложить о прибытии ви-Це-канцлера Кали-путри и...
Закончить он не смог.
Из люка появился тучный Кали-путри, облаченный в тунику из тонкой шерсти и красную безрукавку. На нем были даже туфли — неслыханная роскошь для любого гоблина. Он был ниже Лирри почти на полфута, многочисленные складки под подбородком говорили о его неизмеримом богатстве, черные глазки прятались глубоко в орбитах.
Но хотя Кали-путри выглядел весьма впечатляюще, Лирри едва заметил его.
Женщина, которая вошла в комнату вслед за вице-канцлером, была почти четырех футов ростом и телосложением напоминала грушу — у нее были узкие плечи и огромные бедра. Из-за тяжелых скул рот казался особенно маленьким и узким. Из-под тяжелых черных бровей смотрели раскосые желтоватые миндалевидные глаза, острые уши торчали на пол-ладони над зеленой головой. Плетеная блуза едва сдерживала огромные груди, свисавшие на круглый выпуклый живот. Тонкие ноги заканчивались огромными ступнями.
У Лирри отвисла челюсть.
Он еще ни разу в жизни не видел такой красавицы.
Кали-путри заметил, какое впечатление девушка произвела на хозяина дома.
— Техник Лирри, очень рад наконец с вами познакомиться. Вижу, вы оценили красоту моей спутницы. Это Гиник.
