Слово «целомудрие» не является синонимом безбрачия: целомудрие как «целостная мудрость», как жизнь по заповедям Евангелия, как воздержание от сладострастного удовлетворения похотей плоти необходимо и в браке. Монашеское целомудрие, которое включает в себя безбрачие как один из составляющих элементов, есть всецелая устремленность к Богу, желание сверить каждый поступок, каждый помысел, каждое движение души с духом и буквой Евангелия. Что же касается безбрачия, то оно в контексте монашества есть состояние вышеестественное. Одиночество есть неполнота, ущербность, в браке оно преодолевается обретением
О монашестве как единении с Богом говорит преподобный Симеон Новый Богослов в одном из своих гимнов:
Расхожее представление о монашестве как существовании, лишенном всякой радости, суровом и мрачном, глубоко неверно и основано на полном незнании духа монашества. «У монахов радость… тихая, чистая, именно веселие души добродетельной, – пишет архиепископ Иларион (Троицкий). – Ведь тот угар, то опьянение жизнью, которое принято называть “радостями жизни” – все это нечто мрачное, влекущее за собой пресыщение и болезнь похмелья… Мы, монахи, от радости, от умиления плачем и благодарим Господа… Слезы умиления знает каждый монах и перед этими слезами бедными и жалкими кажутся ему мирские радости… Я сам принял пострижение и думаю, что не придется еще в жизни пережить такой радости, как [в день пострига]… Я был полон радости целых два месяца. Так все ликовало в душе, так радостно было… Не напрасно при постриге постригающий, взяв рясу, говорит: “Брат наш (имя) облачится в одежду веселия и радости духовныя, во отложение и попрание всех печалей и смущений… Чем дальше от страстей, тем больше радости в сердце. Чистота сердца неразрывно связана с весельем».[219]
Чин монашеского пострижения совершается в храме епископом или настоятелем монастыря. С постригаемого заранее снимают всю одежду и надевают на него длинную белую ризу, в которой он и стоит перед игуменом. Постригаемый произносит обеты и выслушивает поучение игумена, после чего игумен символически постригает ему волосы и облачает в черные монашеские одежды. Вся братия монастыря подходит к новопостриженному монаху, спрашивая: «Как твое имя, брат?» На одну или несколько ночей монах остается в храме, где читает Псалтирь и Евангелие.
Монашество есть жизнь внутренняя и сокровенная, оно есть абсолютное выражение духа христианства как «тесного» пути, ведущего в Царство Небесное. Сосредоточенность на внутренней жизни не означает какого-то эгоизма или отсутствия любви к ближнему. Находясь вне суеты мира, монах не забывает о людях, но в тишине кельи молится за весь мир. «Некоторые говорят, что монахи должны служить миру, чтобы не ели народный хлеб даром, но надо понять, в чем это служение и чем монах должен помогать миру, – пишет преподобный Силуан Афонский. – Монах – молитвенник за весь мир, и в этом его главное дело… Благодаря монахам на земле никогда не прекращается молитва, и в этом – польза для всего мира… Преподобный Сергий постом и молитвою помог русскому народу освободиться от татарского ига. Преподобный Серафим мысленно помолился, и Дух Святой сошел на Мотовилова. И это есть дело монахов… Ты, может быть, скажешь, что теперь нет таких монахов, которые молились бы за весь мир, а я тебе скажу, что когда не будет на земле молитвенников, то мир кончится… Мир стоит молитвами святых».[220]
