– Вам все равно не убить Небро. Он бессмертен! – вступил какой-то молодой ангел, на вид которому было не больше чем мне.
Но я знала, что внешность ангелов может быть очень обманчивой.
– На дискуссии нет времени. Либо вы соглашаетесь, либо умираете прямо сейчас.
Я дернулась, переводя глаза на отца. Но его уверенная стойка доказывала, что он говорит вполне серьезно.
Первый, видимо главный, демон подошел к отцу ближе.
– Мы никогда не станем сражаться на стороне тех, кто изгнал нас, Микаель, – он произнес это в лицо Архангелу, словно у них были личные счеты.
– Тогда ты увидишь, как умирает каждый из твоих близких, – ответил папа.
Я ошарашено смотрела на них, не смея проронить не слова.
– Так тому и быть, – он сделал шаг назад.
Микаель лишь улыбнулся и вскинул вверх одну руку. Девушка, стоящая недалеко от него, будто невидимой веревкой прилетела вплотную к нему. Он схватил ее за горло, и она стала задыхаться.
– Последний шанс!
– Делай, что должен, – ответил демон.
– Отец! – крикнула я, но его рука пробила плоть ангелицы и достала из нее окровавленное сердце, когда ее тело безвольно рухнуло к полу.
Свое же сердце я слышала громче всех нарастающих эхом криков в деревянном домике. Все равно, что в замедленной сьемке, лица ангелов и демонов стали искажаться и превращаться в их вторые ипостаси. Они бросились в нашу сторону, но папа тут же снес головы первым двум. Они, обрамленные еще горячей кровью, разлетелись в разные стороны. Глаза мертвых были открытыми, а их рты замерли в истошном крике, и моя грудь пропустила удар.
Ашкал, по другую сторону, стрелял самыми настоящими шаровыми молниями, размером с баскетбольный мяч. Они попадали в лица ангелов и демонов и те воспламенялись. Ор от физической боли наполнил мои уши, и голова стала раскалываться. Началась настоящая бойня.
Одному ангелу удалось проскользнуть под рукой Ашкала, и он бросился на меня, заваливаясь всем своим весом. Я приземлилась на спину, и позвоночник пронзила острая боль. Парень занес руку надо мной и резким рывком собирался вонзить в мой живот, но каким-то чудом мне удалось увернуться. Я схватила валявшуюся ближе ко мне железную кочергу и попала парню в ребра. Тот скорчился от боли, и мне посчастливилось выползти из-под него. Я вцепилась за рукоять серебряного кинжала, спрятанного в моем ботинке и в то время, когда ангел вновь навалился на меня, сверкая белым светом, я вогнала клинок в область его сердца. Тело светлого вспыхнуло, и меня осыпала кучка серого пепла.
Набрав воздуха поглубже в легкие, я подтянулась на руках. Я должна была помочь. Я должна была бороться за свою семью. С этими мыслями я поднялась на ноги. Все сожаления и ужас отступили, когда верх взяли инстинкты. Я ринулась в толпу.
Кинжал пробивал плоти и черепа, словно они были сделаны из воздуха. Я убила троих. Или четверых. На пятом я сбилась со счета. Два демона бежали в мою сторону, и я, присев на колени, крутанулась, выдвигая перед собой ногу и сбивая с равновесия одного. Насев на него, я вонзила клинок в его грудь и он заполыхал. Второй схватил меня за спину в ключ, сковывая мои движения, и я дернула головой, разбивая ему нос. Он отшатнулся, и мне пришлось воспользоваться этим моментом, чтоб пронзить серебряным лезвием его голову. Он повторил участь предыдущего.
Кроме остатков пепла, меня полоскала их кровь. Но я все равно не собиралась останавливаться. Отец с Ашкалом тяжело дышали, но краем глаз я все еще видела, как папа, не пользуясь своей силой, сражает демонов и ангелов. Их вырванные красные сердца падали мне под ноги, а неподвижные тела мешали свободно перемещаться.
Скольких мы уже убили? Сорок? Пятьдесят? Но нападающих не становилось меньше.
Ашкал появился спереди меня, хватая бушующую ангелицу за руки, и я ловко воткнула нож в ее грудь. Кровь брызнула мне в лицо, стекая в глаза и застилая вид. Та нещадно закричала и превратилась в грязную пыль. Я протерла область глаз рукавом кофты и перевела внимание на сияние справа. Отец светился ярче путеводительной звезды. Но это было не все на что он способен.
– Ложись! – Ашкал, накрывая меня собой, потащил нас к долу земли.
Последнее, что я успела заметить, перед тем как парень закрыл мое лицо своими руками – словно на улице был солнца пик, так сильно светился папа. А после этого послышался грохот и взрыв, как от атомной бомбы. Нас отбросило к ближайшей стене, и я врезалась во что-то довольно острое плечом.
Тяжело дыша, я открыла глаза, когда Ашкал слез с меня.
Больше не было шума, не было света. Дом озарила тишь и спокойствие. Все были мертвы.
– Папа! – я устремилась к отцу, который опирался на одно колено.
Он потратил почти всю свою энергию.
– Ал, – пыхтел он. – Мне очень жаль.
– Все нормально, – я приземлилась к нему на свои колени. – Все хорошо.
– Я не хотел… Чтоб все произошло именно так. Я хотел…
– Я знаю, – я крепко заключила его в объятия.
– Твое плечо.
