— К сожалению, иногда моя проницательность запаздывает. Ну, как бы там ни было, а в одном я уверен твердо. Ты не отвечаешь за то, что случилось с Эстер, и ты не сделала ничего плохого.
— Вы правда так думаете? — недоверчиво спросила она.
— Конечно, я убежден.
Она была порядочной девушкой, тут миссис Буш не ошиблась. Но сейчас она был еще очень уставшей, печальной и взволнованной.
Некоторое время мы провели в неловком молчании. Звук двигателей изменился. Самолет, приближаясь к Лос-Анджелесу, постепенно начал снижаться прямо в пылающее зарево заката. Но прежде чем он коснулся земли, Рина немного поплакала и успела вздремнуть на моем плече.
В аэропорту я забрал со стоянки свою машину. Рина попросила высадить ее возле дома миссис Кэмпбелл в Санта-Монике. Я так и сделал, но сам не зашел, а сразу направился через Уилшир в санаторий доктора Фрея.
Санаторий располагался за городом, на большом участке земли, бывшем когда-то частным владением и обнесенном высокой стеной. Служитель в униформе открыл ворота и сообщил, что доктор Фрей, вероятнее всего, сейчас обедает.
Центральное здание представляло собой белоснежный особняк в стиле эпохи короля Эдуарда с некоторыми современными дополнениями. Оно стояло на склоне холма. На террасах прогуливались обычные люди. Обычные, если не считать того, что вся их жизнь протекала за каменной стеной.
Стоя на веранде в ожидании доктора Фрея, я какое-то время смотрел вниз, на видневшийся вдали океан. Над его выпуклой поверхностью уже клубился туман и собиралась темнота, а у самого горизонта все еще тлело заходящее солнце.
Я поговорил с горничной в форменном платье, с седовласой экономкой. Наконец ко мне вышел сам доктор, оказавшийся сутулым пожилым человеком в смокинге. В руке он держал высокий стакан с виски. Глубокие морщины, избороздившие его лицо, кажется, проступили еще резче, когда он услышал, что Изабель Графф подозревается в убийстве. Доктор поставил стакан на каминную полку и повернулся ко мне с таким воинственным видом, словно собирался защищать от меня всех своих подопечных.
Насколько я понимаю, вы полицейский
— Частный детектив. Позже я обязан буду передать дело в полицию. Но сначала я хочу потолковать с вами.
— Наша беседа вряд ли будет для вас интересна, — проговорил он. — Не можете же вы всерьез рассчитывать на то, что я стану обсуждать такой вопрос с совершенно незнакомым мне человеком. Я вас не знаю.
— Зато вы хорошо знаете миссис Графф.
Он развел руками.
— Я знаю, что я врач, а она моя пациентка. Какого еще ответа вы от меня ожидали?
— Например, вы могли бы заявить, что все это совершенно невозможно.
— Отлично. Я так и сделаю. Это совершенно невозможно. А сейчас прошу извинить, меня ждут.
— Надеюсь, миссис Графф сейчас находится здесь?
Вместо ответа он спросил:
— Позвольте узнать, чего вы хотите добиться вашим расследованием?
— Четыре человека убиты, три из них в последние два дня.
Он даже бровью не повел.
— Эти люди были вашими друзьями?
— Пожалуй, нет. Но все же они были представителями человеческой расы.
С высоты своего возраста он с горькой иронией произнес:
— Так вы альтруист, молодой человек, да? Этакий непобедимый голливудский герой с отличными мускулами? И вы собираетесь в одиночку очистить авгиевы конюшни?
— Я не настолько честолюбив. Прошу вас, доктор, давайте поговорим не обо мне, а об Изабель Графф. Если она убила четырех человек или даже только одного, ее необходимо изолировать, чтобы она не представляла опасности для окружающих. Разве вы не согласны со мной?
С минуту он хранил молчание. Затем неохотно сказал:
— Сегодня утром я подписал заключение о том, что ее следует взять под стражу.
— Это должно означать, что она сейчас находится в государственной клинике?
— Должно бы, но боюсь, это не так. — Я видел, что он испугался. — Прежде чем я успел отдать распоряжение, миссис Графф… э-э… сбежала. Она оказалась более решительной, чем можно было ожидать. Я ошибся, и признаю это. Мне давно следовало поместить ее в закрытую клинику. Сегодня, незадолго до завтрака, она выбила окно стулом и удрала, спрятавшись в кузове автомобиля, который отвозит белье в прачечную.
— Как идут поиски?
— Об этом лучше спросить ее мужа. Поисками занимаются его охранники. Он запретил… — Доктор Фрей замолчал и взял свой стакан. Сделав глоток, он сказал: — Пожалуй, нам не стоит продолжать разговор. Если бы вы были официальным лицом… — Он пожал плечами и снова умолк. Кубики льда тихонько звякали в стакане.
— Вы хотите, чтобы я обратился в полицию?
— Если у вас есть какие-нибудь доказательства.
— Вот я и пытаюсь их получить. Как вы думаете, доктор, миссис Графф убила Габриэль Торресе?
— Мне это неизвестно.
— Она могла совершить другие убийства?
— Не могу сказать.
— Но вы же видели ее, говорили с ней?
— Ну разумеется. Последний раз сегодня утром.
— Как вы оцениваете ее психическое состояние?
Он устало улыбнулся.
— Это не зал судебного заседания. Теперь вы попытаетесь сформулировать гипотетический вопрос. На который я вообще откажусь отвечать.
