При виде капитана Макферсона он вздрогнул, и глубокая морщина обозначилась у него на лбу.
– Ты знаешь меня? – спросил капитан, от которого не ускользнуло это движение.
– Ты отец Девы пагоды, – ответил индиец.
Лицо капитана вспыхнуло.
– Ты это знаешь! – воскликнул он.
– Да, я знаю, что ты капитан Гарри Корихант.
– Нет, я капитан Гарри Макферсон.
– Да, поскольку ты переменил имя.
– Знаешь, зачем я велел привезти тебя сюда?
– Ты надеешься заставить меня говорить, но это напрасная попытка.
– Это уж мое дало. В дом его, и будьте начеку, – приказал он своим солдатам. – Туги могут быть недалеко.
Взяв свой карабин, он встал в голове маленькой колонны, и повел отряд по узкой тропинке, проложенной среди зарослей «железного дерева», названного так за свою исключительную крепость. Никого не заметив, они прошли уже с четверть мили, когда в лесу раздался жалобный вой шакала.
Душитель Негапатнан резко поднял голову и бросил быстрый взгляд на лес. Сипаи, которые шли сбоку, услышали его глухое восклицание.
– Будьте начеку, капитан, – сказал Бхарата. – Туг о чем-то предупрежден.
– Может быть, о присутствии своих?
– Возможно.
Тот же самый вой послышался еще раз, но гораздо ближе. Капитан Макферсон повернул вправо от тропинки.
– Громы и молнии! – вскричал он. – Это не шакал.
– Будьте начеку, – повторил сержант. – Это сигнал.
– Прибавим шагу.
И отряд зашагал быстрее, взяв карабины наизготовку и повернув их стволами на обе стороны тропинки.
Дом капитана Макферсона стоял на левом берегу реки Хугли, перед небольшой заводью, в которой качалось на воде несколько лодок и шлюпок, поставленных на прикол.
Это был маленький особняк, построенный в стиле бенгали, элегантный, удобный, с высокой пирамидальной крышей. Галерея, поддерживаемая колоннами, которая заканчивалась с фасада просторной террасой, окружала дом. По правую сторону от него располагались низкие строения и навесы, осененные тенью огромных деревьев. Они предназначались под склады и конюшни. По правую сторону были казармы сипаев.
Капитан Макферсон вошел в дом и пройдя длинный ряд комнат, обставленных просто, но элегантно, поднялся на террасу, защищенную большим тентом. Бхарата не замедлил присоединиться к нему, ведя за собой душителя Негапатнана.
– Садись, и потолкуем, – сказал капитан, указывая на плетеный бамбуковый стул.
Негапатнан повиновался, зазвенев цепями, которыми были скованы его руки. Бхарата устроился рядом, с парой пистолетов наготове.
– Значит, ты знаешь меня? – спросил капитан Макферсон, вперяя в индийца взгляд, острый, как острие шпаги.
– Я сказал тебе, что ты капитан Гарри Корихант, – ответил душитель, – отец Девы пагоды.
– Откуда ты это знаешь?
– Я видел тебя несколько раз в Калькутте. Однажды ночью я шел за тобой, чтобы задушить, но нападение не удалось.
– Ах вот как! – вскричал капитан. – И ты еще говоришь мне об этом!
– Не сердись из-за пустяков, – посоветовал душитель, улыбаясь.
– Ты помнишь ночь, когда моя дочь была похищена?
– Как вчера. Это было 24 августа 1853 года. Негапатнан всегда возглавляет самые опасные предприятия тугов, – с гордостью сказал индиец. – Именно я пробил окно и похитил твою дочь.
– И ты не боишься рассказывать подобные вещи мне, отцу этой несчастной?
– Негапатнан никогда не дрожал.
– Но я сломаю тебя, как тростник.
– А туги слопают тебя, как молодой бамбук.
– Хотел бы я на это посмотреть!
– Капитан Корихант, – торжественно и горделиво сказал душитель. – Над всеми владыками Индии есть грозная и страшная власть, которая не боится ничего. Коронованные головы склоняются под дуновением богини Кали, нашей владычицы и госпожи. Трепещи же и ты, капитан!
– Если ты никогда не боялся, то и капитан Макферсон никогда и ни перед кем не трепетал!
– Ты мне это скажешь, тогда шелковый аркан мертвой хваткой сожмет твое горло.
– Но прежде раскаленное железо пронзит твою плоть!
– Для этого ты и велел привести меня сюда?
– Да, если ты не скажешь мне, где прячется секта тугов. Только этим ты можешь спасти свою жизнь.
– Ты хочешь заставить меня говорить? И о чем?
– Я отец Ады Корихант.
– И что дальше?
– Я еще не потерял надежды заключить ее в свои объятия.
– Продолжай.
– Негапатнан, – сказал капитан взволнованным голосом. – У тебя была когда-нибудь дочь?
– О никогда! – воскликнул душитель.
– Любил ли ты по крайней мере?
– Никого, кроме моей богини.
– А я люблю мою бедную дочь так, что отдал бы всю свою кровь за ее свободу. Негапатнан, скажи мне, скажи, где я могу найти ее?
Индиец остался безучастным, как бронзовая статуя.
– Я подарю тебе жизнь, Негапатнан.
Индиец молчал.
– Я дам тебе столько золота, сколько ты захочешь, я отвезу тебя в Европу, где ты скроешься от мести твоих товарищей. Я обеспечу тебе чин в английском войске, я открою тебе путь наверх, но скажи мне, где моя Ада?
– Капитан Макферсон, – сказал душитель жестко, – у твоего полка есть знамя?
– Да, но к чему этот вопрос?
– Разве ты не клялся в верности этому знамени?
– Да.
– Способен ли ты изменить ему?
– Никогда!
