Дуб — «пер−, перк−» — это дерево, которое верхней своей частью, стволом и верхушкой, «пропирает», «пронзает» небо, воздух, а нижней, корнями, «прорывает» землю, «проходит сквозь» неё, «через» неё.
Камнеметатель-«пер-ун» ударами камней пробивает, бьёт, в смысле «сильно надавливает», прорывает — и до крови — шкуру, покровы волоса-медведя. Сам камень — «скала», «перк», «Перун-т» — также оказывает явно «напирающее» и «пробивающее» воздействие на лезущего вверх зверя, одновременно он летит, то есть «прорывает», проходит «сквозь» воздух, преодолевает расстояние «через» воздушную преграду.
Как мы видим, и тут полное совмещение понятий и их обозначений. И здесь совпадения исключены, мы видим полную этимологичность мифоосновы.
Из всего вышесказанного мы приходим к заключению, что образ Перуна-Перкунаса обладает древностью не ниже уровня ранних праиндоевропейцев, а в истоках своих уходит в глубочайшую древность. Вместе с тем и образ, и сопутствующие ему слова-обозначения в наилучшем виде сохранены в местах расселения балтов и славян, а если быть более точным — балто-славянской культурно-этнической общности. Как нам видится, подобное явление не может носить случайного характера.
На материале четырёх глав мы в какой-то степени удостоверились в закономерности некоторых непривычных для нашего восприятия процессов. У читателя уже, возможно, складывается представление о гипотетических местах нахождения прародины индоевропейцев или, по крайней мере, их второй, основной прародины, а также о самом праиндоевропейском ядре, носителе древнейших традиций.
Здесь мы, разумеется, должны предостеречь читателя от преждевременных выводов и сказать, что речь, безусловно, идёт не о нынешних славянах и балтах, а об их прямых предках, как, впрочем, и о предках иных народов индоевропейской семьи.
Но для того, чтобы исключить саму возможность поспешных выводов, нам надо сопоставить ещё некоторые данные.
…Славянские историки преодолели пренебрежение своих предшественников к мифологическим представлениям предков и стали собирать письменные и этнографические данные о языческих богах и деталях культа… Необходимо отметить, что при всём различии исторических путей славянства и греческого мира между ними не было непроходимой пропасти, дорийцы до переселения жили в сравнительной близости от праславян…
Гера же гнева в груди не сдержала, воскликнула к Зевсу:
…Я божество, как и ты, исхожу от единого рода,
И богиня старейшая, дщерь хитроумного Крона.
«Повесть временных лет» под 980 годом сообщает. «И стал Владимир княжить в Киеве один и поставил кумиры на холме за теремным двором: деревянного Перуна с серебряной головой и золотыми усами, затем Хорса, Дажьбога, Стрибога, Симаргла и Мокошь. И приносили им жертвы, называя богами, и приводили к ним своих сыновей и дочерей, а жертвы эти шли бесам и оскверняли землю жертвоприношениями своими».
Мы не будем акцентировать внимание на оценках летописца-христианина — они соответствующие. Иначе он и не мог отозваться о «поганьских идолищах». Сосредоточимся на тех, кто из божеств был поставлен в первый ряд. Их шестеро. Да ещё внизу, на Подоле, как мы писали уже, стоит идол седьмого — Велеса. Почему-то из десятков, если не сотен, общеславянских кумиров всех разрядов была отобрана только эта «великолепная семёрка».
Теперь мы можем без сомнения говорить о том, что отбор был произведён авторитарным путём, это было волевое решение великого князя могущественнейшей и обширнейшей в Европе державы — Руси. Здесь, к сведению читателя, заметим, что обитатели и устроители великого государства не знали привычных для нас добавок-эпитетов типа «Киевская» или «Древняя», таковые утвердились в нашем сознании благодаря исследователям и публикаторам новейшего времени.
