Мне кажется, что наивность, бессознательность, самоочевидность являются неотъемлемыми признаками того явления, которое мы зовем культурой.
Я испытываю безумное искушение порассуждать на тему этого диалога.
Но, во-первых, я боюсь испортить прозой его невероятную поэтичность, а во-вторых, чудо этого подстроенного мной диалога в том, что поэты через века и страны общаются между собой так, словно они сидят рядом друг с другом.
Я боюсь стать шестым лишним.
А посему предлагаю читателю остаться с ними наедине и не только понять ход их мыслей, но и глубоко прочувствовать эту атмосферу:
АТМОСФЕРУ
ПИРШЕСТВА
ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО
ДУХА.
КТО ОН, ЧЕЛОВЕК, -
«ФАБРИЧНЫЙ ТОВАР ПРИРОДЫ»
ИЛИ
ВСЕЛЕНСКИЙ ГЕНИЙ?
Много лет я разъезжал по нашей стране, лихорадочно пытаясь встретить как можно большее количество людей.
Ибо идея о шансе (помните Курочку Рябу?) не давала мне покоя.
Понимая, что мы живем в стране, которая пережила самое страшное в истории человечества – нападение на генофонд, представляя себе все по следствия этого нападения, я старался построить свои выступления таким образом, чтобы разбудить в людях веру в силу воздействия прекрасного, в их собственные творческие возможности. О телевидении нечего было даже и думать.
Поэтому приходилось работать только как бы физическим телом.
С одной стороны, даже сейчас, через много лет, в глубине души понимаю, что это попахивает утопией.
В 1991 году, в последний день пребывания на родной земле, написал стихотворение, которое назвал «Московские старухи».
Вот оно:
Прошло 14 лет… Ни тех старух, ни тех подвалов нет…
Но что же взамен?
Когда я иду по улицам Петербурга, то среди многих изменений (положи тельных и отрицательных) наблюдаю одно для меня самое трагическое. Огромное число девочек 13–14 лет и старше, которые ходят по улицам, сидят на скамейках в парках и дворах и пьют пиво. И не просто пиво, но такое, которое в Швеции, например, можно купить только в специальных магазинах! Эти магазины работают пять дней в не делю (с 11 до 18 часов).
