Задание было успешно выполнено, группа возвращалась на основную базу. После тяжелого перехода разведчики остановились в том самом домике лесника, ще произошла стычка между Юстом и лесничихой Марьей Авраамовной.
Узнав, что в их доме остановился отряд партизан, появились хозяева: лесник Иван Макарович, Марья Авраамовна с Настенькой, две их дочери и прихрамывающий старый казак. Прятались они от фашистов и их приспешников в горном убежище, в «сховище», как выразились они. Хозяйка всем естеством своим почуяла, что наконец пришли настоящие партизаны. Суетилась, не зная, чем и как лучше угостить уставших людей.
Когда Ольга, взглянув на икону, которую Марья Авраамовна повесила на прежнее место и зажгла перед ней лампаду, с улыбкой отметила, что она, очевидно, старинная, хозяйка не удержалась и поведала:
– Был тут один мародер. Унести хотел икону…
А внучка Настенька уточнила:
– Эрихом Юстом его называли те, кто с ним был…
Ольга настороженно переспросила:
– Эрихом Юстом?
– Да, я сама слышала, – подтвердила девочка.
– Милая моя! Спасибо, что запомнила, – прижала к себе Настеньку Ольга.
Марья Авраамовна рассказала, как все было. А когда сообщила, что возврат ее же собственной иконы обошелся ей в три золотые монеты, Ольга опять взволнованно спросила:
– Какие золотые монеты?
– Обыкновенные, – спокойно ответила лесничиха. – Золотые. Пошла я, значит, с внучкой на станичный базар, чтобы выменять кое-какой одежонки да обувки. Но ничего этого там не было. А когда уже возвращались, то иногородний мужик, уж больно худой такой, попросил отдать ему сало за эти монеты.
– А где он их взял? Не говорил? Как выглядел? – засыпала вопросами хозяйку Иванцова.
– Он брал из чемодана, – ответила за бабушку Настенька. – Я сама видела, как он доставал их.
При этих словах Ольга в который уже раз потеряла самообладание. Она предположила, что эти монеты, конечно же, могут быть из чемодана, который она не уберегла. «А вдруг Юст уже нашел этого странника?» – ужасная мысль пронзила ее. Ольга выскочила из комнаты и побежала к Воронину и Андрею.
–
–
–
–
–
