До меня, наконец, дошло, что знание этой астрономической методики могло действительно существовать в Андах, и я решил продолжать искать в том же направлении. Если утверждение анонимного хрониста (процитированное в начале этой главы) о связи между мифологическим главой инкского рода, Манко Капаком, и планетой Юпитер было действительно истинным, тогда в инкском мифе должны быть доказательства того, что Манко Капак проявлял характеристики планеты Юпитер, в соответствии с техническим языком мифологии. Иными словами, так же, как я исследовал значение имен и «поведения» Виракочи, я почувствовал теперь необходимость проделать то же самое с Манко Капаком. Выводить прямую связь между информацией анонимного хрониста и мифом Пачакути Ямки о Виракоче, передающем свой «посох» Манко Капаку, не предприняв этого шага, означало бы строить слишком слабую связь в цепочке доказательств. Кроме того, если то, что я теперь подозревал, действительно было верно, тогда там должна была быть такая информация о Манко Капаке.
Так же, как Цезарь заказал Виргилию сочинить «Энеиду» в качестве средства увязать свою семейную генеалогию с потомками Венеры, инки стремились утвердить свои претензии на роль законных правителей, устанавливая особые отношения с планетарными богами через основателя их династии, Манко Капака. По крайней мере так сообщал анонимный хронист. Мифический глава инкского рода вел свою власть от планеты Пируа/Юпитер, которая, в свою очередь, была «назначена» творцом, Виракочей, быть охраняющим божеством Империи и ее правителей. Если эта формулировка звучит знакомо — «величайший Кронос спускает сверху принципы понимания Демиургу [Зевсу], и он же руководит всем «сотворением», — то что можно еще почерпнуть из других источников об идентичности и характере Манко Капака?
Манко Капаком звался «первый» Инка. Согласно инкской традиции, которая в течение столетий после конкисты воспринималась в буквальном смысле, всего насчитывалось одиннадцать инкских царей, кончая Уайна Капаком. Зуиде-ма показал, почему эти данные нельзя принимать за точную цифру. Во-первых, Куско делился на две части, или социальные «половины», и царствование могло осуществляться двумя половинами поочередно или, что более вероятно, могла существовать диархия, то есть одновременно два царя: один из нижней половины (живущий в южной части города —
При том образе, каким представляли себе прошлое инки, могли вспоминаться не более одиннадцати царей, независимо от того, сколько их было в целом.
Следовательно, имя Манко Капак не означает обращения к происхождению исторического царя. Манко Капак — это чисто мифологический символ, то есть не меньше, чем реальный, но больше, чем человеческий. Зуидема отмечал, что хронист Гуаман Пома поместил Манко Капака далеко назад, в Четвертый Век, то есть Век Воинов, когда господство государств Уари и Тиауанако начало ослабевать. Зуидема также показал, как инки с этого времени утверждали не только свою претензию на роль законных императоров Анд, но и многие из административных методов империи. Хотя правильно говорить, что инки выводили свое «происхождение» как наследников по праву «управлять» Андами из таких отдаленных и мифологических событий, как время, когда Виракоча «оставил землю», в этой формулировке содержится гораздо больше деяний, чем грубой политической претензии на старшинство. Именно поэтому столь важна информация анонимного хрониста.
