Агарвал знал, что Каюм родом из очень богатой семьи. Его отцу принадлежало несколько гостиниц и сеть дорогих магазинов, но еще в университетские годы между отцом и сыном возникло и постоянно крепло непримиримое различие во взглядах на жизнь, на положение их семьи в обществе. Каюм наотрез отказался от денег отца и во время учебы жил в общежитии, зарабатывал себе на жизнь рассыльным в газете. После окончания университета устроился в ультралевое издание страны — еженедельник «Вперед», отражавший взгляды, которые были смесью крайнего нигилизма и троцкизма. Разоблачительные, выполненные с большим знанием предмета репортажи Каюма о коррупции в высших эшелонах власти сделали еженедельник одним из самых популярных издании в стране. Но самому Каюму, кроме день ото дня пухнувшего досье в тайной полиции и репутации возмутителя спокойствия, эти репортажи ничего не дали.
Поэтому, когда он исчез, многие вздохнули с облегчением и обрели наконец былое спокойствие. Но ненадолго. Вскоре в столице и ее окрестностях объявился свой «Джек Потрошитель», после ряда похищений членов богатых семей заставивший многих из них завести личных охранников и укрепить с точки зрения безопасности свои особняки и виллы.
— Честно говоря, мы, конечно, ждали не тебя, — начал Каюм, сделав несколько глотков из стакана с чаем, принесенного Нази — так звали ту девушку, которая остановила на дороге машину Агарвала. — Тебе, наверное, известно, что завтра в Анандпуре будут похороны одного англичанина, брата директора «Ориент бэнк». На них должны были приехать его друзья — все очень влиятельные люди. Мы готовили для них засаду на дороге, но они, как нам стало известно, всего несколько часов назад решили не ехать, а лететь самолетом. Так что нам стала нужна машина, чтобы проникнуть в город и попытать счастья там. Но и здесь нам не повезло — вместо какого-нибудь богатея попался ты. Но не отбирать же машину у тебя, — сказал Каюм, допив свой чай.
— А почему и нет? Знаешь, я теперь богатый человек, и меня можно без зазрения совести экспроприировать, как ты любил выражаться.
Агарвал кратко, не вдаваясь в подробности и опустив все, что касалось документов, оставленных Бенджамином, рассказал про события последних дней.
— Только вот до утра мне обязательно необходимо добраться до столицы, — закончил свой рассказ Агарвал.
— Хорошо. Нази и один из наших парней поедут с тобой, а потом на этой же машине вернутся обратно. И еще: если тебе нужно будет срочно с нами связаться, позвони по телефону нашему человеку в столице. Запиши номер.
Агарвал достал свой журналистский блокнот, раскрыл его посредине и записал последние четыре цифры номера. Первые две были такие же, как у домашнего телефона Виджея, — значит, связной «Бригады С» жил там же, в Старом городе.
— Начало номера я лучше запомню, — сказал Агарвал, заметив несколько удивленный взгляд Каюма.
Тот одобрительно улыбнулся:
— Хоть ты и работаешь на Вардана, но, видно, у него денег не хватило купить тебя. Что ж, очень рад был с тобой повидаться.
Друзья встали, тепло попрощались.
— Только извини, ты должен отсюда выйти так же, как и вошел, — к сожалению, у СНБ есть методы, которыми они могут выведать секреты у кого хочешь. А я, как видишь, не один и отвечаю за жизнь всех ребят, — сказал на прощание Каюм.
— Конечно, конечно, я готов.
Агарвал повернулся к подошедшей к нему Нази, которая, улыбнувшись, завязала ему платком глаза.
Пройдя тем же путем, только в обратном направлении, что и полчаса назад, Агарвал в сопровождении Каюма и его друзей вышел наверх и подошел к машине. Агарвал, еще раз крепко пожав руку своему приятелю, сел на заднее сиденье вместе с Нази, а за руль сел один из боевиков Каюма, которого решено было выдать за личного шофера Агарвала.
К полуночи они добрались до столичных предместий, миновав без особых приключений два контрольно-пропускных пункта, где внимательно изучили их документы и расспросили, не заметили ли они что-нибудь подозрительное.
Там, у первой же стоянки такси, Агарвал отдал документы на машину, простился с Нази и ее приятелем, и «амбассадор», резко взвизгнув колесами, исчез в темноте ночи.
В полицейском управлении Виджея с нетерпением ждали его встревоженные помощники.
— Как же это вас так угораздило, инспектор? — Глаза Рамиза выражали искреннее беспокойство. — Механик сказал нам, что кто-то вам специально подстроил с тормозами и с колесом.
— Да, он говорит, что вашу машину только в субботу проверял, и все было в порядке, — вступил в разговор другой сержант. — Может, кто-нибудь из йога-центра решил немного пошутить, так вы скажите, мы там все вверх дном перевернем, но найдем «шутника».
— Вот этого как раз не надо делать ни в коем случае. — Виджей сел за свой стол, потрогал плечо — оно все еще болело.
На столе зазвонил телефон — будто ждал, пока Виджей усядется и будет готов говорить. Инспектор взял трубку — звонил комиссар Фарук.
— Зайди срочно ко мне, есть неотложное дело.
