– Никто не имеет права называть меня Ричард, поняла?! – он яростно затряс Джессику. – Никто, мерзавка ты эдакая! Тебе ясно?!
– А как же… миссис… Шевель? – завопила Джессика, визжа от боли и цепляясь за руки Ллойда, будто выкованные из железа.
Он оттолкнул ее и высокомерно заявил:
– Не сравнивайте себя с ней, Риган. Вы – ничто! А теперь убирайтесь!
Уверенный в том, что вслед его приказу, последует подчинение, Ллойд направился к своему шкафу. Отпирая его, он вздрогнул, услышав за спиной истеричный голос Джессики:
– А чем она лучше меня? Мы с ней похожи во всем! У нас только цвет волос разный, но их можно выкрасить в светлый! И цвет глаз! Я могу носить синие линзы!
– Что вы мелете? – разъяренно повернулся к ней Ллойд, вглядываясь в Джессику и не узнавая ее. Она, казалось, совсем обезумела.
Он вынул сотовый.
– Мюллер, это Ллойд, – отрывисто сказал он в трубку. – Зайдите в преподавательскую. Риган не в себе. У нее раздвоение личности. Ей бы не помешало кровопускание.
– Разберемся, – раздалось в ответ.
Услышав, с кем Ллойд разговаривает, Джессика пришла в себя.
– Нет–нет, м-мистер Ллойд, – залепетала она, попятившись. – Со мной… все в порядке… я все… поняла… простите… .
Провожая побег Джессики немигающим взглядом, Ллойд коротко бросил в трубку:
– Отбой, доктор.
*
– Вы поговорили с Джессикой, Ричард? – обратилась Ася к Ллойду, заметив, что Джессика на ужин не пришла.
– Ваши просьбы я выполняю всегда, коллега, – Ллойд смотрел Асе в глаза честно и правдиво. – Мы поняли друг друга. Конечно, Риган немного расстроена. Ну да ничего, очухается.
– Алисия тоже не пришла, – вступил в разговор Смит.
– Фигуру бережет, – поджала губы Бэтти.
– Да, но Стайл не явилась и ко мне на пару, – подала голос Марта.
– Она была очень огорчена запиской, фрау Марта, – вступилась за девушку Ася.
– Зато Кэрролл тут как тут, заявился, – усмехнулся Ллойд, мельком кинув взгляд, на распухшую физиономию Фила, расцвеченную синяками. – Что поделаешь, голод не тетка!
– Слава богу, остальные на месте, – откликнулся Девиль и, не сдержав злорадства, заметил: – А наши-то весельчаки носы повесили. Угрюмы и неразговорчивы.
– Я бы тоже помалкивала, – заявила Бэтти. – Ну, надо же! И как это Кэрролл додумался до такого…
– Всегда бы так молчали, – перебив ее, проворчал Ллойд, поставив в дискуссии коллег точку.
*
Алекс полулежал на постели, слушая плеер, стараясь отвлечься от неприятных мыслей, связанных с этой проклятой запиской. Стив уже все ему объяснил, не забыв напомнить, как Алисия страдает.
Он понимал, что ему надо идти и утешить ее, но вдруг она опять начнет его целовать, ласкать и…. и он опять не устоит! А она потом предъявит на него свои права. И не успеет он моргнуть глазом, как окольцует его, и он вмиг превратится в затюканного семейного раба.
Его размышления прервал Стив. Заявившись без стука, он молча развалился в кресле.
Состроив, кислую мину, Алекс приглушил звук в плеере.
– И долго ты собираешься здесь отсиживаться? – Стив щелкал зажигалкой. – Элис из-за тебя морит себя голодом.
– Мне-то что? – деланно-равнодушно откликнулся Алекс.
Стив опять пощелкал зажигалкой, помолчал, избегая встречаться взглядом с другом и, наконец, встав, направился к двери. Перед тем, как уйти, он неожиданно сказал:
– Если бы Кэти любила меня так, как Элис любит тебя, я бы…
Алекс демонстративно повернул регулятор громкости на полную катушку. Стив замолчал, развернулся и вышел, хлопнув дверью. Алекс несколько секунд слушал грохочущую музыку. Потом со злостью выключил плеер и ничком повалился на кровать, в чем был, не снимая грязных кроссовок.
====== Глава 39 “Дружеское” утешение ======
– Ну, вот, Элис, теперь ты можешь успокоиться, – Стив подошел к кровати, на которой, отвернувшись к стене, лежала Алисия. – Теперь Алекс знает, что не ты писала эту пакостную записку. Кэрролл получил свое…
– Ах, Стив! – Алисия резко села на постели. – Как он мог, не разобравшись, поверить…
– Ну, когда тебе такое, прямо в лоб – пожал плечами Стив. – Я бы тоже, наверное, поверил. У него не было времени, – пытался оправдать он друга.
– Нет, – Алисия сникла. – Он убежал, а ты… – Она подняла голову. – А ты, единственный, кто защитил меня.
– Ладно, я пошел, – смутился Стив и начал отступать к двери.
– Подожди, не уходи, – жалобно попросила девушка. – Поговори со мной… о нем… пожалуйста…
Этот умоляющий взгляд, по-детски дрожащие губы, лицо без косметики, припухшее и даже как будто помятое, но все равно, такое красивое, всколыхнули в душе Стива жалость. Он почувствовал желание защитить и утешить Алисию, ставшей вдруг такой хрупкой и слабой.
Он подошел к кровати, сел рядом с девушкой, осторожно обняв ее за плечи.
– Я его так люблю! – Алисия доверчиво прижалась к груди Стива, щекоча прядями волос его открытую шею. – Никто этого не может понять… Я согласна на все, лишь бы он любил меня… Или… хотя бы… позволял любить себя…
Она опять начала плакать.
