Вурдалак было ринулся следом, но не тут то было! Он всё время натыкался как будто на какую-то невидимую стену, которая не пускала его назад. Он бесился, исходя от злобы. Выл и скрежетал зубами, осыпая всех скверными ругательствами. Но все было тщетно. Крепкая, непроницаемая защитная сфера накрепко удерживала его. В конце концов он выдохся и с горькими рыданиями рухнул вниз.
– Ура-а-а! – обрадовались друзья, обнимая друг друга. – Наконец-то он отстал! Тоня будет жи-и-ить!
Сделав дело, друзья и Мануул полетели обратно.
Вернувшись, они увидели, что в своем физическом теле Мануул всё это время танцевала, стуча в бубен и рассказывала, что и как она делает. Что происходит с ней.
Макс и Инна, присутствовавшие при этом ритуале, внимательно слушали все это и эмоционально, как могли, поддерживали Великую Шаманку.
– А как заклятье может удержать вурдалака? – осторожно, шепотом спросил Макс у Инны.
– В тонком плане всё состоит из материи мысли. И любая мысль там материальна. Она как раз и изменяет всё вокруг. Вот почему это заклятье действует на вурдалака. Это всё равно, что в физическом мире посадить его на цепь. И если мысль сильная и сосредоточенная – она может создать и разрушить любую вещь в тонком плане. А уже через тонкий план повлиять и на физическое событие.
– Как интересно, – прошептал Макс.
Мануул, наконец, отпустила духов и завершила камлание.
Тем временем тетя Тоня уже совсем поправилась. Её щеки приобрели розовый оттенок. Взгляд стал осмысленным и даже жизнерадостным. В умиротворенном, спокойном состоянии она села на краю кровати.
– Мама, как ты?! – с радостью подоспел к ней Макс.
– Сына, я есть хочу! – неожиданно сказала она под дружный смех. – Принеси мне супу, пожалуйста!
В большом зале собрались ученики Калки. Сам же Великий Мастер пошел в Тибет учить Истине Тулку и Ринпоче, а также тибетских отшельников и йогов.
Занятие вела его жена Арта – очень красивая и возвышенная женщина. Ее лицо было олицетворением цветущей женской красоты и внутренней несгибаемой силы. Редко такое можно встретить в лицах обычных женщин. Ведь чаще всего бывает так, что писаная красавица оказывается безвольной пустышкой, куклой в чужих руках. Или же, наоборот, красавица, чувствуя свое влияние на мужчин, слишком стремится к материальным вещам, ограничивая свое сознание на благах бренного мира. Волевые же, целеустремленные женщины часто грубы и мужеподобны. Здесь же все было совсем не так. В облике Арты читалась и воля, и одухотворенность, и устремленность к Высшему. И при этом ее отличала цветущая, подобно лотосу, женская красота. Ее лицо чем-то напоминало лик Будды. У Арты были такие же утонченные, гармоничные черты лица, красивый разрез глаз, ровный прямой нос, пышные вьющиеся волосы, мягкие, красивые руки. Арта была одета в красивое жреческое одеяние, расшитое необычным орнаментом и красивыми блестками, которые в свете падающего на нее света переливались, как тысячи звезд. Красивый сдержанный макияж подчеркивал естественную красоту ее лица. Со вкусом подобранные украшения – серьги, браслеты, перстни – дополняли общий облик, создавая вокруг нее ореол возвышенности, мудрости и неувядающей красоты.
На вид этой удивительной женщине было примерно двадцать пять лет, но внешность таких людей часто бывает обманчивой. Они занимаются такого уровня практиками, которые помогают сохранять молодость до преклонных лет. Арта уже много лет и жизней была рядом с Калки, во всем помогала ему, постоянно училась, практиковала и поэтому знала и умела очень многое.
В зале также находились дочери Калки, практиковавшие духовные практики с младенчества и имевшие высокий уровень постижения. Была тут и сестра учителя, Субила. Ян с любопытством разглядывал родственников учителя, удивляясь их духовному единению и тому свету, который исходил от них. Их юные чистые лица светились внутренним одухотворенным огнем. Казалось, что это Ангелы спустились с неба и приняли человеческое обличье. Они были очень непосредственны, доброжелательны и приветливы к окружающим людям. Жена, дочери и сестра учителя всегда были внимательны, чутки и предупредительны ко всем просьбам и пожеланиям окружающих. Своим присутствием они создавали атмосферу праздника, радости, чистоты и восторга. Их хрустальный, красивый звонкий смех звучал подобно чистому горному ручейку, создавая атмосферу веселья и праздника.
