Как объясняет профессор Павел Милославович Балабан, передача сигналов в контактах между клетками и закрепление этого процесса происходит посредством выделение химических веществ — медиаторов и сложной цепочки молекулярных преобразований в синапсе, а активируется этот процесс посредством приходящих к этим контактам нервных импульсов от других нервных клеток.

В системном взаимодействии огромного количества нервных клеток рождаются нейронные архитектуры индивидуального опыта. Возникает вопрос: если основные «строительные» модули мозга, нервные клетки, для всех людей примерно одинаковы, то почему мы такие разные? Одни постоянно экспериментируют, ищут приключения; другие — предпочитают жить по предписаниям, сторонятся перемен; а третьи — романтики, витают в облаках, пасут коров, теоретизируют в науке. Какие отделы мозга определяют нашу индивидуальность и существуют ли вообще подобная локализация психических функций? Может быть, есть какие-то более тонкие характеристики мозга, по которым мы все же различаемся принципиальным образом?

Взвешиванием головного мозга одаренных людей занимались исследователи из разных стран уже на протяжении более ста лет. Основное их внимание было сосредоточено на мозге представителей искусства, науки, литературы, политики и криминальной среды. Ученые надеялись, что удастся обнаружить связь между массой мозга и определенным талантом или наклонностью, пусть даже криминальной. Многочисленные измерения массы мозга людей самых разных социальных групп и реализованных способностей показали, что очевидных связей между массой мозга и одаренностью не существует.

Вероятнее всего — это показали последние исследования — одаренность зависит не от массы мозга, а от структурных особенностей его конкретных отделов. Например, зрительное корковое поле может иметь объем от трех до шести тысяч кубических миллиметров, соответственно человек с маленьким мозгом, но большим объемом зрительной коры может иметь преимущество в зрительном восприятии и наоборот, в большой мозг могут быть встроены развитые слуховые области, но слабые в этом отношении зрительные отделы.

— Одаренность и особенность человеческого мозга кроется в индивидуальной изменчивости, — объясняет профессор Савельев. — А она количественная. Дело в том, что человеческий мозг — самый изменчивый орган в нашем организме. Например, только те центры, которые отвечают за зрение, у человека различаются в три-четыре раза. Вы можете мозоль на языке натереть, обучая бездаря художественному ремеслу, владению кистью. Но он как был бездарью, так им и останется. Потому что субстрата мозга не хватает! Как вы думаете, кто лучше соображает: тот, у кого миллиард нейронов, или тот, у кого их пять миллиардов? С миллиардом нервных клеток в голове бездарь просто ничего не видит. Ты ему объясняешь, а он ничего не понимает. Вы никогда на самокате не догоните Порше. А разница по человеческому мозгу намного больше.

Мы уже видели, что слон со своими 260 миллиардами нейронов все же не умнее человека, у которого этих миллиардов всего 86. Поэтому важно не абсолютное количество нервных клеток в мозгу, а их распределение в разных отделах мозга. Кстати, и с миллиардом нервных клеток в голове можно уметь говорить! У попугая какаду нервных клеток в голове даже больше одного миллиарда, но конечно, мы знаем, что его разговорчивость — попугайская.

Мысль о том, что гениями рождаются, поддерживает и профессор Татьяна Черниговская. — Доказать я вам ничего не могу, — сетует Татьяна Владимировна, — потому что этого никак не докажешь, но я думаю, что одаренными рождаются. Ну, так же, как мы рождаемся совами или жаворонками. Поэтому лучшее, что мы можем для себя сделать, — это как можно раньше с собой познакомиться. Иногда на это не хватает жизни, к сожалению.

Перейти на страницу:

Все книги серии Проект телеканала «Наука»

Похожие книги