— О, не говори! Работа — это вечный бег на месте. Особенно, если ты секретарь. Знаешь, сколько всего приходится держать в голове? Ставить встречи, проверять письма, контролировать расписание.
— Не представляю! Это же нужно быть настоящим мастером многозадачности. У тебя же начальник строгий, — шутливо сказала я.
— Уж слишком, — вздохнула она. — Он требовательный, но в этом есть и свои плюсы. Учишься быть собранной и всё предвидеть. Иногда кажется, что я знаю больше, чем он сам.
— Ну, в этом даже не сомневаюсь. — улыбнулась я, будто случайно касаясь руки Анны, передавая салфетку. — Прости, я случайно.
— Ничего страшного, — она коротко посмотрела на руку. — Тебе бы понравилось у нас в офисе. Там хаос, но в этом есть своя романтика.
— Хаос — это точно не для меня. А ты потрясающе справляешься с такой ответственностью. Но тебе всё-таки нужен отдых. Извини, что лезу не в свое дело, но ты выглядишь усталой. Пообещай мне, что дашь себе выдохнуть, хорошо?
— Обещаю, — искренне улыбнулась Анна.
Я улыбнулась в ответ, но все мои мысли уже были заняты картинкой из видения. Я нашла глазами Даниила. Он стоял в кругу коллег и весело смеялся над чьей-то шуткой. И я поняла, что не хочу портить ему этот день.
После обеда начались гонки. Даниил настоял, чтобы мы участвовали вместе. Он сел сзади, крепко обняв меня за талию, а я заняла место впереди, крепко сжимая верёвки.
— Ты мне вообще доверяешь? — спросила я, оборачиваясь.
— Больше, чем себе, — ответил он, слегка наклонившись ближе.
Санки резко тронулись с места, и мы полетели вниз по склону. Ледяной ветер резал лица, но мой смех и громкие возгласы Даниила заглушали всё. На середине трассы санки налетели на бугор и чуть не перевернулись. Я закричала, а Даниил успел удержать меня, крепко прижимая к себе.
Когда мы наконец остановились, сердце у обоих колотилось от адреналина.
— Это было сумасшествие! — воскликнула я, тяжело дыша.
— Но ведь весело, правда? — Даниил посмотрел на меня с таким довольным выражением, что я только рассмеялась.
К вечеру костёр горел особенно ярко. Я сидела в тёплом пледе, а Даниил подсел рядом, обняв меня за плечи. Его прикосновение было привычным, но в то же время сегодня оно чувствовалось иначе — теплее, значительнее.
— Ты сегодня была просто невероятной, — сказал он тихо.
— Это ты меня спасал весь день, — отозвалась я, украдкой взглянув на него.
На следующее утро после неспешных сборов, мы отправились домой. В машине я незаметно посматривала на него: усталое, но довольное лицо, чуть растрепанные волосы, пальцы, которые крепко сжимали руль.
— Ты ведь знаешь, что я всегда на твоей стороне? — внезапно сказал он, не поворачивая головы.
Я промолчала.
— Тебе что-нибудь удалось узнать об Ане? — после продолжительной паузы спросил Даниил.
— Я… да. Мне удалось незаметно коснуться ее. Я увидела короткий, но яркий образ: кабинет врача, тяжёлый разговор, слова «опухоль» и «срочное лечение».
— Я почему-то что-то такое и предполагал, — тяжело протянул он, не проронив больше ни слова за всю дорогу.
Вернувшись с поездки, я открыла дверь своей квартиры и заметила что-то необычное: на полу у порога лежал конверт без адреса и марок, словно его кто-то подсунул под дверью. Конверт потрепанный, на нём не было ничего, кроме гербового воскового отпечатка с уже известным мне символом — круг с треугольником и змеями.
Я замедлила шаг, ощущая, как мое сердце начинает биться быстрее. Несколько мгновений я просто смотрела на конверт, раздумывая, стоит ли его поднимать.
Наконец, сделав глубокий вдох, я взяла его и закрыла дверь квартиры.
На кухне, при дневном свете, я осторожно вскрыла конверт ножом. Внутри — один-единственный лист бумаги, сложенный вдвое. На листе аккуратный текст, напечатанный на машинке.
“Перестань копать. Ты не знаешь, с чем играешь. Последствия могут быть необратимыми”.
На дне письма — тот же символ общества. Но это ещё не всё. Как только я коснулась бумаги, у меня началось новое видение.
Внезапно видение прервалось. Я резко отшатнулась от стола, едва не опрокидывая стул. Мое дыхание сбилось, а руки дрожали.
Я быстро выбежала из кухни и побежала в коридор за сумочкой в поисках телефона.
— Виктор, нам нужно встретится, срочно! — в панике сообщила я.
— Алиса? Что-то случилось?
— Да, нам нужно поговорить и многое обсудить.