"Ты в курсе, что Даниил на днях встречался с парнями из службы безопасности? Говорил о каком-то Викторе и ещё паре чокнутых. Похоже, это касается тебя. Просто будь осторожна, ладно?"
Я перечитала сообщение несколько раз. Мое сердце забилось быстрее. Я пыталась понять: что он мог задумать?
Я вспомнила, как в последние дни Даниил ненавязчиво спрашивал о моих делах, будто выуживая информацию по крупицам. Вспомнила, как он пару раз вскользь говорил о знакомых в правоохранительных органах, намекая, что есть люди, которые не любят тех, кто угрожает другим.
Через несколько кликов я открыла поисковик и ввела имя “Виктор Роман”. Я наткнулась на короткую заметку в местной новостной группе: некая неформальная группа историков, активно интересующихся "влиянием науки на массы", оказалась под пристальным вниманием журналистов и правоохранительных органов. Упоминалось, что кто-то из местных "помог" привлечь к ним внимание, передав ключевую информацию. Всё это звучало слишком знакомо.
Мое дыхание участилось. Я откинулась на спинку стула, осознавая, что за этим, скорее всего, стоит Даниил. Он что-то узнал, он действовал — не для себя, а ради меня. И я поняла, что он взялся защищать меня, даже когда я сама этого не просила.
Но сказать ему? Рассказать, что я обо всём догадалась? Нет. Я решила промолчать. Он сделал это для меня, а я не хотела разрушать его уверенность в том, что его действия остались незаметными.
Позже тем вечером, когда он вернулся домой, я посмотрела на него с улыбкой, полной благодарности, но ничего не сказала. Когда он спросил, всё ли у меня в порядке, я просто кивнула.
— Всё прекрасно, Даниил. Просто прекрасно.
В глубине души я чувствовала, что обязана ему больше, чем когда-либо. Но решила хранить эту благодарность внутри, не раскрывая своих догадок. Пусть он и дальше верит, что мой мир стал спокойнее благодаря его действиям, о которых я якобы не подозреваю.
Прошло несколько лет. Моя жизнь с Даниилом давно вошла в спокойное русло, насколько это возможно для тех, кто разгадывает тайны прошлого. Наша дружба, которая пережила столько бурь, стала основой для еще более крепких чувств.
Я любила прекрасного человека и была им искренне любима. Я чувствовала это в каждом его жесте, в каждом нежном взгляде. Несмотря на пройденные годы, наши чувства были все также сильны и непоколебимы. Мы ценили каждое мгновение, проведенное вместе. И я знала, что более верного, внимательного и понимающего человека трудно найти.
Мы жили в небольшом уютном доме за городом, окруженном деревьями и цветами. Он уговорил меня переехать в него спустя несколько недель после признания наших общих чувств. Я переживала, что мы слишком торопимся, но его вера в нас была настолько сильна, что я не устояла.
С тех пор мы продолжали исследовать историю только вместе, разгадывать загадки и восстанавливать фрагменты забытых судеб. Это стало нашим семейным хобби и нам никогда не было скучно.
Но теперь в нашей жизни было ещё одно маленькое чудо — наша пятилетняя дочь, Зоя. Никогда не забуду ту смесь восторга и восхищения, когда Даниил узнал о моей беременности. Он буквально носил меня на руках, выполнял все мои безумные желания и трепетно охранял мой покой. Даниил хотел именно девочку, папину дочку, считая, что слишком стереотипно хотеть мальчика.
Зоя была жизнерадостным, любознательным ребёнком. У неё были шоколадные кудряшки и такие же пытливые глаза, как у её папы. Она любила бегать по саду, играть в песочнице и выдумывать невероятные истории. Но иногда, в её рассказах звучало что-то странное, что заставляло нас переглядываться.
Этим тёплым летним днём Зоя играла в песочнице под присмотром Даниила, который сидел с книжкой на скамейке неподалёку. Я готовила чай на кухне, когда услышала, как дочь радостно зовет нас обоих.
— Мам! Пап! Идите сюда! Я нашла что-то интересное!
Даниил поднял голову и улыбнулся, наблюдая, как Зоя машет ему руками. Он подошёл к песочнице, а следом за ним вышла и я, вытирая руки полотенцем.
— Что ты там нашла, милая? — спросила я, присев рядом с дочкой.
Зоя показала нам старую игрушечную машинку, которую откопала в песке. Машинка была покрыта царапинами, но всё ещё крепкая. Девочка прижала её к груди и на мгновение замерла.
— Она рассказала мне секрет! — торжественно объявила Зоя.
Мы с Даниил переглянулись, замерев.
— Секрет? — осторожно спросил Даниил, присаживаясь рядом. — И что же она тебе рассказала?
Зоя улыбнулась и серьёзно посмотрела на нас.
— Мальчик, который потерял её, был грустным. Его зовут Саша. Он играл с ней, когда был маленьким, а потом уехал и забыл её здесь. Она хочет, чтобы я нашла его.
Я с удивлением прикрыла рот рукой, а Даниил медленно выдохнул, подавая мне машинку.
— Ты… ты почувствовала это, Зоя? — мягко спросила я.
Зоя кивнула, глядя на нас большими, серьезными глазами.
— Это плохо?
Я улыбнулась, обняв дочь.
— Нет, моя маленькая. Это не плохо. Это особенный дар. Такой же, как у меня.
Даниил посмотрел на нас с тёплой улыбкой и мягко произнёс:
— Кажется, у нас растёт ещё один искатель тайн.