— Милый, упокойся. — к нему подошла и обняла Анастасия, — Анечка действительно в состоянии эйфории, ее впервые поцеловал любимый мужчина и она получила оргазм.
— Что?!!! — шепотом закричал Генерал — он ее соблазнил и обесчестил?! Как ты это допустила?!
— Дядя прекрати, пожалуйста! — Анна решительно встала со стула — ты позоришь меня, Настю, девочек и Генри. Как ты можешь такое говорить? А вообще, меня давно уже пора обесчестить! Мне двадцать лет, и только сегодня я испытала, наконец-то, какое это счастье, когда тебя обнимает и целует любимый мужчина! И я с нетерпеньем жду, когда он меня возьмет уже как женщину.
Генерал опешил и растерянно замолчал. Анна потянулась, разведя руки в стороны и вверх и изогнув спинку, так, что ее грудь рельефно проявилась под платьем. Тая восхищенно вздохнула.
— Нам пора, — пришел в себя Генерал, — извините, я действительно, что-то не то сказал.
Анна подошла к Генри, обняла его за шею, и зашептала ему на ухо — До завтра, милый, готовь обручальные кольца как у Таи и Акиры для меня. Потом она обняла Таю и Акиру.
— Вы когда выезжаете отсюда на регистрацию брака? — Анна повернулась к Генри.
— В десять утра.
— Хорошо, мы с Настей будем. Правда, Настя?
— Конечно Анечка, разве такое можно пропустить.
— А меня смогут тоже там зарегистрировать как жену Генри?
— Нет, — твердо сказала Акира.
— Почему?
— Потому что браки принцесс имперской крови и имперского дома регистрировать имеет право только Имперская Канцелярия в присутствии членов Имперского совета.
— Да, но я что-то подобное и подозревала. Но ничего. Я подожду, ведь Генри еще кольца не сделал.
— Анечка — вдруг раздался голос Таи, — ты это, завтра не включай принцессу. Мы решили быть в форме Академии на регистрации, а если ты придешь вся такая расфуфыренная, то мы будем выглядеть как ощипанные курицы рядом с тобой.
— Таечка, милая, я приду в форме Дипломатической Академии — улыбнулась Анна, — Генри, а для тебя я приготовила сюрприз на завтра! А тебя как больше нравится, когда волосы у меня собраны на голове, или распущенные?
— Когда они распущенные ты просто неотразима.
— Хорошо, я тогда так буду ходить всегда. А про остальных тараканов поговорим потом. Я почему-то верю, что Генри ты с ними так же разберешься как с фригидностью. До завтра родные мои.
И Анна, Анастасия и Генерал ушли.
Генерал вел машину. На заднем сиденье сидели, обнявшись, Анна и Анастасия.
— Анечка, ты довольна?
— Я не просто довольна, я так счастлива Настенька. Я сегодня впервые почувствовала себя не только любящей, но любимой, и самое главное, желанной. Когда он меня обнял, я чуть сознание не потеряла, а когда поцеловал, то я вообще улетела на небо.
— Это что, действительно был оргазм?
— Не знаю, я никогда такое не испытывала раньше. Наверное, это было очень приятно.
— Но как он это сделал?
— Не знаю. Когда он прикоснулся своими губами к моим, это было приятно, но ничего больше. А вот когда он своим языком стал водить по внутренней части моих губ, вот тогда на меня и накатило. А еще он пальцами играл на моей спине.
— Что значит играл?
— Не знаю, он перебирал ими как на аккордеоне, нажимал в разные места, а я отвечала на каждое прикосновение. Меня как током било, но было очень приятно.
— Где только он этому научился?
— Я могу рассказать — вмешался до этого молчавший Генерал.
— Дядя, нехорошо подслушивать женские разговоры — покраснела Анна.
— Тут нет женских или мужских разговоров, все твои разговоры — это государственные разговоры.
— Дорогой, ну расскажи, как Генри это делает — нетерпеливо попросила Анастасия.
— Мы тщательно и подробно изучили всю историю Генри от момента его появления до текущего времени, — начал Генерал, — оказалось, что в шахте, где он работал, отбывал бессрочную каторгу один из мастеров секты «Божественного пути». Это сепаратисты из Южной провинции. Так вот, этот мастер отвечал в секте за вербовку женщин, в основном из влиятельных семей. Он обучал избранных мужчин адептов методам сексуального воздействия на женщин, жен, дочерей чиновников, политиков и других нужных семей. Какое-то древнее искусство. Они соблазняли их, и делали своими агентами, через которых проводили свою политику. После скандала с женой губернатора, секту разгромили, кого казнили, всех осудили, а этого мастера сослали на рудник гифтония на Тартар, без права помилования. Там он и познакомился с Генри.
Генерал замолчал, что-то обдумывая.
— Дядя, пожалуйста, продолжай, — взмолилась Анна.
— Да, однажды на этого мастера напали другие осужденные. Хотели его ограбить. Генри вступился за него, и убил двоих из них. Тебя Анечка это не смущает?
— Что? Что он защитил старого человека от бандитов? Разве он должен был поступить иначе? Мой Генри не мог! — уверено сказала Анна.
— Твой Генри? — Генерал улыбнулся.
— Наш! Мой, Яны, Валерии, Таи и Акиры! — была непреклонной Анна.
— Я не против этого, мне он тоже нравится, несмотря на некоторый его экстремизм. Но я надеюсь, что ты смягчишь его суровость.
— Он мне уже обещал, что тебя больше не тронет! И Тая тоже.
