– Простите меня, Маргарита!.. Не будем больше говорить о вашем праве матери. Но и меня есть права! Вы и сами знаете, как я люблю свою дочь. Она – вся моя жизнь, поэтому, думаю, вы сжалитесь надо мной, и то, что вы решите, не станет моим смертным приговором.
Маргарита едва заметно улыбнулась: победа оставалась за ней.
– Вы увидите, – промолвила она, – умею ли я быть справедливой. Отложим вынесение окончательного решения на неделю, а то и на две, – как пожелаете. Подумайте о том, что бы вас устроило. Я тоже, в свою очередь, поразмыслю над этим… и тогда вместе, по-дружески – а мы ведь друзья, не так ли? – не как королева и министр, но как мать и отец, поищем способ обеспечить счастье этого дитя… Что вы на это скажете, Мариньи?
– Я согласен. Но что будет с ней все это время? Она ведь не может жить в Лувре!
– Разумеется, как не может жить и в Ла-Куртий-о-Роз или особняке Мариньи. Пойдем же вместе на жертву и условимся, что все это время Миртиль не будет жить ни со мной, ни с вами…
– Но тогда с кем же?
– С Мабель, – промолвила королева.
Мариньи поднял глаза на Мабель и окинул ее внимательным взглядом.
– Будь по-вашему, – сказал он.
Мабель даже не шелохнулась; ни единый мускул не дрогнул на ее лице. Но она была так бледна, что, казалось, вот-вот упадет.
Крик радости, рвавшийся из ее груди, замер на устах:
«Господь меня выслушал! Господь меня услышал!»
Через несколько минут Мариньи покинул дом одновременно с королевой, и Мабель осталась там одна. Но прежде чем удалиться, первый министр подошел к Мабель и шепнул ей на ухо:
«Если хочешь разбогатеть, приходи сегодня вечером в мой особняк».
Королева, в свою очередь, отвела камеристку в сторонку и прошептала:
– Уже через час я должна знать, где находится Миртиль. Если тебе дорога жизнь, сделай все так, чтобы об этом месте не проведал Мариньи.
Затем королева вернулась к крепостной стене аббатства, в сопровождении настоятеля дошла до главных ворот, села в носилки и, с тем немногочисленным эскортом, с которым и явилась, направилась в Лувр.
Что до Мариньи, то ему эскорт составила рота Транкавеля.
Оставшись одна, Мабель поднялась в комнату, которую занимала Миртиль.
У двери она прислушалась, но ничего не услышала. Тогда она открыла, вошла и увидела девушку, которая молча плакала, сидя в углу. Мабель подошла к Миртиль и коснулась ее плеча. Девушка вздрогнула и подняла глаза.
– Вы что-то хотели, мадам? – спросила она мягким голосом.
– Если желаете спасти Буридана, – сказала Мабель, – следуйте за мной.
Вместо ответа Миртиль поднялась и покрыла голову капюшоном.
Мабель взяла ее под руку:
– Пойдемте…
Они спустились вниз, вышли из дома и вскоре исчезли позади аббатства Сен-Жермен в направлении Парижа.
Покидавшую аббатство королеву, как мы уже сказали, до главных ворот провожали преподобнейший аббат, его капитул и главные из его монахов.
Но прежде чем выйти во двор, Маргарита Бургундская на несколько минут задержалась в своего рода приемной, где ее ожидали двое мужчин: капитан ее стражи Юг де Транкавель и некто, тщательно скрывавший свое лицо. Вышеназванный капитан, с высоты своего положения, взирал на него с презрением, к которому примешивалась изрядная доля отвращения.
– Мадам, – промолвил Транкавель, когда королева выразила свое удовлетворение тем, как был исполнен его маневр, – что нам делать с тремя пленниками?
– Тремя? – удивилась королева.
– Разумеется: Жаном Буриданом и двумя сумасшедшими в масках. Куда я должен их препроводить? В Тампль?
– Нет, не в Тампль, – сказала Маргарита после секундного колебания.
– Тогда, быть может, в Шатле?..
Королева на какое-то время задумалась, а затем отвечала:
– Нет, и не в Шатле.
Транкавель поклонился, словно говоря: «В таком случае, жду распоряжений Вашего Величества».
Королева подошла к нему и поспешно зашептала:
– Транкавель, вы всегда были мне преданны. Вы умеете беспрекословно подчиняться какому бы то ни было, пусть даже странному, на ваш взгляд, приказу.
– Это мой долг подданного и солдата, – отвечал Транкавель. – Ваше Величество распоряжаются – я исполняю.
– Тогда мой приказ будет таков: Мариньи, Валуа, даже королю, словом, кому угодно, вам следует отвечать, что пленники бежали, воспользовавшись всеобщей неразберихой. Это понятно?
– Да, мадам, – отвечал капитан и глазом не моргнув.
– Где сейчас пленники?
– В соседней с приемными покоями комнате.
– Хорошо. В таком случае, вам остается лишь удалиться с вашими людьми.
– А кто будет сторожить пленников?
– Этот человек, – сказала Маргарита. – С этой минуты за них передо мной отвечает он.
Юг де Транкавель, а вместе с ним и загадочный мужчина, почтительно поклонились.
Капитан стражи и королева удалились. Что до незнакомца, то он направился к комнате, в которой содержались Буридан и двое его спутников в масках.
Этим так тщательно скрывавшим свое лицо человеком был Страгильдо.
Мы уже говорили, что Ланселот Бигорн исчез в момент пленения Буридана и двух его спутников в масках.
