Переодетая женщина подошла к столу, у которого граф д'Асти, стоя, наблюдал за игрой и сам испытывал капризы фортуны.
Мнимый молодой человек положил ему руку на плечо.
— Извините, милостивый государь, — сказал он, — я слишком мал ростом, а потому ничего не вижу. Не будете ли вы так добры поставить этот луидор на черное?
И он протянул графу д'Асти золотой. Граф взял луидор и положил на стол. Черные взяли.
— Вы выиграли, — сказал граф, — отдавая незнакомцу два луидора.
— Благодарю вас, сударь, — произнес молодой человек, — вы принесли мне счастье… Бог наградит вас за это!
И незнакомец вышел из игорной залы.
Виконт де Р. почувствовал большое облегчение, узнав графа д'Асти. Таким образом, человек, на которого ему указали и которому он должен был нанести за тридцать тысяч франков удар шпагой в горло, принадлежал к числу тех, которые некогда играли ужасную роль убийц.
«Неужели действительно существует Провидение?» — подумал виконт де Р., до тех пор помышлявший лишь о наживе.
Он призадумался на минуту, и его решимость поколебалась. Но звук золота и монотонный голос крупье, объявлявшего результат игры, поразил его слух.
— Тридцать тысяч франков! — пробормотал он. — Я буду благоразумен, и у меня окажется возможность играть еще месяца два, может быть, даже более… и притом кто знает? Может быть, мне повезет…
Игрок направился к двери и встал так, чтобы очутиться на дороге графа.
— Господа, — возгласил крупье, — последняя серия, играйте!
Д'Асти, который еще ни разу не ставил, крикнул:
— Двадцать пять луидоров на черное! Черные взяли раз, другой, три раза.
— Максимум! — крикнул крупье.
— Ставлю все, — ответил граф д'Асти.
Черные выиграли еще раз шесть подряд; банк был сорван.
— Справедливо говорят, — с горечью прошептал граф, бросая семьдесят тысяч франков билетами и золотом в свою шляпу, — что несчастье в любви приносит счастье в игре…
И игрок, удаче которого завидовали и удивлялись человек пятьдесят или шестьдесят, удалился в бешенстве и отчаянии.
На пороге залы какой-то человек, скрестив на груди руки, ждал его с насмешливой улыбкой на губах.
— Мое почтение, граф, — произнес он. Граф отступил, узнав виконта де Р.
— Что вам от меня надо? — резко спросил он его.
— Мне надо поговорить с вами!
— Извините, но мне кажется, что нам не о чем разговаривать, милостивый государь.
— Граф, — холодно продолжал проигравшийся виконт, — вы сорвали банк.
— Какое вам до этого дело?
— А я проиграл.
— Уж не хотите ли вы занять у меня? — с иронией спросил граф.
— Конечно, нет.
— В таком случае доброго вечера и желаю вам всего лучшего.
— Еще минутку. Вы выиграли — я проиграл. А знаете почему?
— Вероятно, мне везет, а вам нет.
— Нет, не потому. Я проиграл потому, что вы принесли мне несчастье.
— Прибавьте, что совершенно невольно и что я сожалею об этом.
— О! Постойте, — продолжал виконт, — я еще не кончил. Сегодня утром я обращался к одной ясновидящей.
— А вы верите им?
— Конечно. И она сказала, что если я убью вас, то мне повезет, и вот теперь я хочу убить вас.
Граф вздрогнул и пристально посмотрел на своего собеседника.
Во всякое другое время граф д'Асти ограничился бы тем, что пожал бы плечами, оттолкнул виконта и отправился своей дорогой. Но теперь он был так расстроен и утомлен жизнью, так полон того отчаяния, о котором говорит Данте, что с грустной и покорной улыбкой принял вызов виконта.
— Конечно, — заметил он, — раз вы хотите драться, я не имею достаточно веских причин отказать вам в этом. Я так же мало ценю жизнь, как и вы; быть может, Провидению угодно, чтобы мы оба погибли от шпаги, мы, получившие благодаря ей средства к жизни. Вы убьете меня, а кто-нибудь другой убьет вас.
— Это возможно, — согласился виконт, не слушая графа, а думая о системе «trente-et-quarante».
— Ваш час? — спросил граф д'Асти.
— Завтра, в семь часов утра. — Где?
— Где вам будет угодно.
— Есть у вас секунданты?
— Нет, но я найду их.
— Так, значит, за монастырем, в Лихтентале.
— Идет, — согласился игрок.
Они обменялись поклонами. Виконт де Р. направился в гостиницу «Франция», где он остановился.
— Господин виконт, — сказал ему мальчик, который обыкновенно оставался в конторе до тех пор, пока все обитатели гостиницы не вернутся домой, — двое ваших друзей только что спрашивали о вас.
«У меня нет друзей», — с удивлением сказал себе виконт. — Оставили они карточки? — прибавил он вслух.
— Они ждут господина виконта в его комнате. Виконт собрался было уже подняться наверх.
— А еще, — прибавил мальчик, — вам принесли письмо.
Виконт разорвал конверт и увидал чек на тридцать тысяч франков.
Двое друзей, ожидавших его в комнате, были ему совершенно незнакомы. Это были два прекрасно одетых во все черное джентльмена лет тридцати-сорока, со смуглыми лицами и южным акцентом.
— Господин виконт, — сказал один из них, — мы знаем, что завтра вы деретесь с графом д'Асти, и предлагаем себя в ваши секунданты.
— Мы заедем за вами ровно в шесть часов в карете, — прибавил другой, — и привезем с собою шпаги.
Они раскланялись и вышли.
