Тайны Полюса полностью

– Так вы уже кое-что знали? – удивленно спросила Офелия.

– Я всегда тщательно собираю сведения о своих гостях, – слащаво заверил ее Арчибальд, все еще сидя на бильярде. – И знал, что этот господин скверно обошелся с Отверженными. А также знал, что его преступление достаточно серьезно и что он не зря опасался за свою жизнь.

– Тогда зачем же вы просили меня о чтении?

– Чтобы ответить на один очень простой вопрос: что именно делал мой гость перед тем, как оставил трубку на диване?

Офелия нахмурилась. Чтобы ответить, она должна была вспомнить свое первое впечатление, когда начала читать.

– Я почувствовала, что этот господин страшно волновался в течение всего пребывания у вас. Он непрерывно курил, чтобы успокоить нервы, но трубка помогала ему все меньше и меньше. Да, вот она, его последняя мысль: «Запах табака больше не успокаивает».

– И это всё?

– Всё.

– Н-да… печально!

– Почему?

Арчибальд многозначительно переглянулся с Матушкой Хильдегард и только потом ответил:

– Потому что вы, вероятно, прочли последние минуты жизни начальника полиции.

Офелия изумленно вытаращила глаза.

– Ваш пропавший гость! Значит, это был он?

– По этому старому негодяю никто не заплачет, – усмехнулась Матушка Хильдегард. – Вот из-за таких, как он, ковчег и прогнил до самого основания.

– Мадам Хильдегард, – с ангельской улыбкой сказал Арчибальд, – я ведь просил вас воздерживаться и не высказывать своего личного мнения.

Теперь Офелия совсем по-другому смотрела на красивую фарфоровую трубку, оставленную на бархатном диване.

– Ваш гость… начальник полиции… его убили?

– Нам это неизвестно, – ответил Арчибальд, пожав плечами. – Последним его видел состоявший при нем лакей. Дело было две недели назад, он сидел на диване и курил трубку. А миг спустя исчез. Бесследно исчез. Не исключено, что по своей воле, – так уж ему вздумалось, – но слуга ничего не может сказать по этому поводу. Если злоумышленникам удалось проникнуть в Лунный Свет и похитить одного из моих гостей под самым носом у жандармов, это, как вы понимаете, жестокий удар по репутации моей Семьи. Так же как по репутации архитектора, который обязан был превратить посольство в неприступную крепость, – добавил Арчибальд, хитро подмигнув Матушке Хильдегард. – Вот почему нам пришло в голову создать на время вашего чтения зал-двойник. Это все-таки надежнее, чем просто запирать двери, да и сплетен будет поменьше. На наше счастье, у этого господина нет родственников, которые могли бы поднять шум.

– Там еще были письма, – задумчиво прошептала Офелия. – Письма, которые получал этот человек и которые не давали ему покоя. Письма с угрозами.

Едва Офелия промолвила это, как ее охватил леденящий страх. Исчезнувший гость думал о «божественной справедливости». А вдруг автор этих писем и тот, кто приказывал Офелии покинуть Полюс, – один и тот же человек?! «Богу неугодно ваше пребывание здесь». Нет-нет, это просто плод ее воображения. Что может быть общего между наказанием человека, убившего браконьеров, и запретом девушке выйти замуж? Абсолютно ничего!

– Однажды он заговорил со мной об этих письмах, – подтвердил Арчибальд, – но остерегся показывать их мне. Полагаю, он находил их компрометирующими. И это подтверждает гипотезу о его похищении.

Матушка Хильдегард щелкнула пальцами, и обстановка комнаты начала потихоньку меняться, а у Офелии опять закружилась голова. Цветные бильярдные шары снова легли в сетчатые карманы, кий аккуратно встал между своими собратьями на стойке, а на диване уже не было никакой трубки. Они вернулись в прежнюю бильярдную.

– Следовало хорошенько подумать, Огюстен, прежде чем впускать к себе продажного офицера, – проворчала Матушка Хильдегард. – Будь у тебя хоть капля благородства, ты взял бы под защиту Отверженных. Эти парни терпят настоящий холод и голод.

Офелия приветствовала бы ее слова аплодисментами, если бы не боялась рассердить Арчибальда. Ладно, она подождет, пока он освободит Ренара, а там уж позволит себе…

– Ну, вы тоже далеко не филантроп, – огрызнулся Арчибальд. – Свои пряности и цитрусы даром не раздаете.

Офелия знала, что в Лунном Свете существует особая Роза Ветров – изобретение, позволявшее сократить пространство на многие тысячи километров и связать напрямую Полюс и Аркантерру, родной ковчег Матушки Хильдегард. Все экзотические овощи и фрукты доставлялись в кладовые двора именно оттуда.

– Как будто у меня был выбор, – хихикнула Матушка Хильдегард. – Ты забыл, что у твоего управляющего есть ключ от моей Розы Ветров?

– Мой управляющий, как вы изволили выразиться, мадам, подключил к ней посольство по вашим советам.

Матушка Хильдегард ответила с загадочной усмешкой:

– Вполне возможно, Огюстен, что в ближайшие дни моя Семья прикроет эту лавочку и я исчезну из поля зрения. Воздух Полюса мне нравится все меньше и меньше, слишком уж тут пахнет спесью!

С этими словами она отперла дверь и, прихрамывая, удалилась.

– Почему она называет вас Огюстеном? – спросила Офелия.